Несмотря на то что монашеская жизнь в Успенском Иосифо-Волоцком ставропигиальном мужском монастыре возобновилась в 1989 году, масштабная реставрация началась всего пять лет назад. Ныне развернутые здесь работы уникальны сразу по нескольким причинам.

PDF-версия

Благочинный Соловецкого монастыря архимандрит Ианнуарий (Недачин) отвечает на вопросы корреспондента «Журнала Московской Патриархии»

«Журнал Московской Патриархии» продолжает публикации, посвященные событиям, последовавшим после Февральского переворота в 1917 году. Ветер революции всколыхнул все общественные и церковные группы, побудил их к бурной самоорганизации, к обособлению друг от друга, к отстаиванию своих прав и интересов. Само слово «интересы», почерпнутое из экономического и политического лексикона, стало чрезвычайно популярным и в церковном языке. Как же перемены в политической жизни были восприняты монашеством и повлияли на изменения в монашеской среде и какие предложения были сделаны ими к Поместному Собору?

Еще в 1950 году известный знаток славянских древностей, русский историк-эмигрант и священник Владимир Мошин (1894–1987) в большой статье, посвященной Русскому Афону, постарался показать, что в начальную пору своего существования, в XI–XII веках, русские монастыри на Святой горе: обитель Пресвятой Богородицы Ксилургу (Древодела) и позднее монастырь Святого Пантелеимона — не просто были связаны с Русью и Русской Церковью, но и пользовались вниманием и материальной поддержкой со стороны государственной власти, то есть русских князей.

Архивы и библиотеки афонских монастырей, в том числе и Русского Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне (Росикона), содержат богатейшие собрания старинных книг, уникальных рукописей и документов. Афонские духовные и исторические сокровища в течение веков привлекали многих европейских ученых, что не всегда шло на пользу монастырским собраниям: правдами и неправдами рукописи вывозились со Святой горы.