Эта деятельность — удачный пример рецепции Церкви в отношении важной инициативы, до которой у других участников гражданского общества пока не дошли руки. В 2019 году на заседании Совета по правам человека Президент России Владимир Путин заметил, что в стране до сих пор нет единого реестра захоронений жертв политических репрессий. Ответом стала инициатива бутовских прихожан1. Правда, пока речь идет только о местах, где захоронены жертвы Большого террора, как часто называют репрессии 1937–1938 годов. Об этом этапе работы, близком сегодня к завершению, корреспонденту «Журнала Московской Патриархии» рассказал директор Мемориального научно-­просветительского центра «Бутово», член Церковно-общественного совета по увековечению подвига новомучеников и исповедников Церкви Русской при Патриархе Московском и всея Руси Игорь Гарькавый. PDF-версия.

Кампания изъятия церковных ценностей в Петрограде имела свои важные особенности, ведь именно здесь в 1922 году прошел самый массовый судебный процесс над православным духовенством. О телеграмме, в которой большевики просили разрешить расстреливать священнослужителей, о том, как вскрытие мощей святого князя Александра Невского стало поводом для возбуждения уголовного дела, и других событиях 1922 года в Петроградской епархии «Журналу Московской Патриархии» рассказал главный архивист Центрального государственного архива Санкт-Петербурга профессор Санкт-Петербургской духовной академии Михаил Шкаровский. PDF-версия.

Одна из важных задач Русской Церкви сегодня — сохранение памяти новомучеников, исповедников и всех невинно пострадавших в годы большевистского террора. «Журнал Московской Патриархии» рассказывает, как ведется эта работа в Вятской епархии.Открытый в феврале 1938 года в непроходимых кайских лесах один из крупнейших исправительно-трудовых лагерей в системе Главного управления лагерей (ГУЛАГ) Вятский исправительно-трудовой лагерь (Вятлаг) оставил после себя множество массовых захоронений, которые долгие десятилетия были заброшены и забыты. Сегодня усилиями православных волонтеров-поисковиков имена узников лагеря возвращаются из небытия. PDF-версия.

Столетие подвига Церкви, стоически пытавшейся противостоять расхищению святынь богоборцами под предлогом помощи голодающим, нашло отражение и в выставочной палитре нынешней весны. Правда, полновесную экспозицию на эту тему подготовило не государственное, а епархиальное учреждение культуры. Впрочем, ведущие московские и петербургские площадки также приберегли немало интересного — от посвященного святителю Николаю нового зала в Северной столице до подлинных мундиров последнего российского императора в московском Царицыне. PDF-версия.

Ровно век назад, 10 мая 1922 года, были расстреляны протоиерей Павел Светозаров, иерей Иоанн Рождественский и мирянин Петр Языков — главные обвиняемые по так называемому Шуйскому делу. События в этом уездном городе Иваново-­Вознесенской губернии стали самым масштабным примером гражданского сопротивления изъятию церковных ценностей, а Воскресенский собор с одной из самых высоких православных колоколен в мире стал знаковым местом трагедии русского Православия в ХХ веке. О трагических событиях в Шуе в марте 1922 года и о том, почему этот акт неповиновения властям и последовавшее за ним письмо В. И. Ленина членам Политбюро в какой-­то мере стали переломными в отношениях государства и Церкви в Советской России, «Журналу Московской Патриархии» рассказал доктор исторических наук, профессор Шуйского филиала Ивановского государственного университета Юрий Иванов. PDF-версия.