iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Церковь
ЦВ № 12-13 (241-242) июнь 2002 /  5 сентября 2002 г.
версия для печати версия для печати

Знаменные мелодии в современном исполнении

В середине XIX века внутри Римско-католической церкви возникло движение, выступающее против инструментальной музыки в церкви и за возврат к церковным канонам и старинному грегорианскому хоралу. В конце XIX — начале XX веков при поддержке папы Пия X происходит реставрация монодийного грегорианского пения (типологическая параллель русскому знаменному распеву). Второй Ватиканский собор в 1963 году определяет одноголосный грегорианский хорал как «свойственное римской литургии пение», однако наряду с ним разрешает использовать в богослужении и другие виды церковной музыки, в том числе и многоголосие.
Нечто подобное происходило и в Русской Церкви, только на век раньше. По указу Святейшего Синода, с 1772 по 1917 год были изданы в пятилинейной нотации сборники одноголосного знаменного пения, охватывающие почти весь годовой цикл богослужебных песнопений: Обиход, Ирмологий, Октоих, Праздники, Триодь постная и цветная. Издать песнопения средних праздников, Трезвоны, помешала Первая мировая война.
История издания Синодальных сборников знаменного пения заслуживает подробного описания. Еще в 1681 году ревизия выявила наличие в Московской типографии готовых матриц певческих знаменных крюков. По-видимому, вскоре типографский станок должен был дать всей Русской Церкви добротные печатные певческие книги с крюковой нотацией. К сожалению, этого не произошло.
Когда в 1766 году Святейший Синод задался вопросом, по каким причинам остановилось печатание, типографский библиотекарь Сергей Васильев ничего путного ответить не смог, связь времен уже была нарушена, однако дал справку, что в типографской библиотеке находятся следующие знаменные рукописи (по нынешним понятиям — бесценные сокровища): «Ирмологий без начала, XVI в.; Кондакарион, XI в.; Триодь постная и цветная, XIII в.; певчая рукопись без начала и конца, XIV в.; Минея декабрьская певческая, шесть чисел, XIV в.; сборник стихир Господским праздникам и разным святым, XIV в.».
Как говорит историк П.Безсонов, «в противоположность другим странам, все важные предприятия зачинаются у нас не общественными, а отдельными даровитыми или смелыми людьми». Таким и был, по-видимому, Степан Бышковский — работник Московской типографии, знаток знаменного пения и всего типографского дела, которому мы во многом и обязаны появлением в свет Синодальных сборников знаменного пения. Сначала простой протоколист, затем надзиратель по художественной части и, наконец, секретарь типографии, Бышковский активно хлопочет об издании знаменных песнопений. С 1766 по 1771 год он несколько раз докладывает высшему начальству о необходимости и возможности напечатания церковных книг знаменного пения, представляет проекты и для успешного их продвижения сам едет в Петербург.
В конце концов эти хлопоты увенчались успехом. Указ Святейшего Синода от 20 марта 1768 года гласил: «Выбрать из синодальных иподьяконов и певчих, которые бы могли Ирмолог исправить нотою во всем знаменным лучшим напевом, придав к тому и Обиход церковной греческаго напеву». Этот труд был выполнен в Москве иподиаконом Петром Андреевым и певчим Иваном Тимофеевым. Переведенные на линейную нотацию Ирмологий и Обиход вскоре были представлены с рапортом в Санкт-Петербург. Член Святейшего Синода Троицкий архимандрит Платон Левшин отправляет эти рукописи снова в Москву на рассмотрение своим Чудовским певчим (по подворью — Троицким) Петру Синьковскому и Якову Лавлинскому.
Уже в наши дни практика знаменного пения показала, что редактирование Обихода П.Синьковским и Я.Лавлинским имело крайне отрицательный результат. Именно они добавили в это издание песнопения так называемого киевского и киево-печерского распева своего времени, несущие на себе печать западной музыкальной системы; выполнена была и рекомендация синодальных властей в отношении «греческого» распева (тоже имеющего юго-западное происхождение и никак не связанного ни с древними, ни с новыми греками). В результате из пяти Синодальных сборников знаменного пения Обиход оказался самым слабым изданием, засоренным чуждыми знаменному распеву мелодиями. Этот же дефект, но в меньшей мере, имеет также Триодь постная и цветная, изданная в конце XIX века.
Новый указ Синода от 15 июня 1769 года повелевал: «Присланный из синодальной (московской) конторы церковный Обиход... также и истребованный от преосвященнаго Тверскаго Ирмолог, а к тому изыскав в синодальной конторе в домах синодальных членов (преосвященных Московскаго или Крутицкаго) Праздники и Октоих исправного знаменнаго напева, без исключенных фит, оные все расположа... на четыре книги... в Московской типографии напечатать на казенный кошт».
В Москве подготовка к печати Октоиха и Праздников были поручены синодальному ризничему Гавриилу с тем, чтобы «избрав из синодальных иподиаконов и певчих трех человек таких, кои б в нотном пении знали лутчее искусство, представить их немедленно».
Поскольку синодальные певчие пели тогда в Кремлевском Успенском соборе, то именно отсюда и начались их поиски исправных крюковых знаменных рукописей. Вскоре они обнаружены. Итак, «Праздники», наиболее удачное из Синодальных изданий, сделаны по списку Успенского собора — возможно, того самого, над которым работал знаменитый усолец Фаддей Суботин. Безупречный знаменный попевочно-интонационный строй нотолинейных Праздников свидетельствует также об исключительно высоком мастерстве синодальных певчих, бывших, несомненно, выдающимися знатоками знаменного пения. Великолепен также своим четким, добротным, академическим столповым распевом Октоих. Крюковая рукопись Октоиха, с которой делался перевод на линейную нотацию, попала в синодальный дом, надо думать, тоже из Успенского собора. Таким образом, можно засвидетельствовать, что Синодальные издания Праздников и Октоиха сделаны с лучших образцов русского знаменного пения.
После представления сметы-реестра последовал, наконец, указ Святейшего Синода от 22 декабря 1769 года: «Печатать дозволяется».
Праздники до 1817 года выдержали 5 изданий, Обиход до 1864 года — 11 изданий, Ирмологий до 1862 года — 10 изданий, Октоих до 1849 года — 13 изданий (тиражом в 2400 экз.). Издания конца XIX — начала XX века — наиболее качественные, с восстановленными фитами и «странными голосами».
Большинство дореволюционных ученых признавали тождественность крюковой и нотолинейной звукозаписи. Прот. Д.Разумовский по этому вопросу писал: «Искусные певцы, поставленные одни при крюковых, а другие при нотолинейных книгах, могут исполнить известную церковную песнь с очень замечательным единством».
«Тождество мелодий знаменного распева, находящихся в линейных изданиях 1772 года и в безлинейных крюковых рукописях, признается всеми исследователями древнерусского церковного пения, — отмечал прот. И.Вознесенский. — Несмотря на изменение нотной системы, столповой, или знаменный распев не претерпел никаких существенных изменений».
Современный практический опыт знаменного пения в Спасском соборе Андроникова монастыря полностью подтверждает эти свидетельства старых историков, а именно: указанные Синодальные сборники действительно содержат в себе подлинный знаменный распев, хотя и записан он с помощью линейной нотации.
Проблема аутентичности, подлинности знаменных мелодий в их современном исполнении, несомненно, важна и требует дальнейшего изучения, однако можно поставить вопрос иначе: что может дать нам пение по Синодальным сборникам с их линейной нотацией? Восьмилетняя клиросная практика свидетельствует: пение по указанным сборникам дает так много, что порой и дебаты об аутентичности кажутся излишними и ненужными.
 

Борис Кутузов
5 сентября 2002 г.
Ключевые слова: знаменное пение
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи
Одним миром
Иван-чай пахнет недлинным русским летом, низким небом, луговым разноцветьем на дороге от Ростова Великого к Угличу. В терпком его вкусе — десятки поколений живших и кормившихся от родной земли хлебопашцев, сотни исхоженных нищими босоногими странниками верст и напутственная спозаранку материнская молитва. Есть в нем и добросовестный труд безымянных паломников — неутомимых крестоходцев, кропотливо собирающих соцветия кипрея ежегодно в конце июля. И еще этот маленький пакетик плотной бумаги несет имя великого святого подвижника Церкви Русской. К преподобному Иринарху Затворнику корреспондент «Журнала Московской Патриархии» отправился в юбилейный год: угодник Божий окончил земной путь ровно четыре века назад — 13/26 н.ст. января 1616 года. Вернулся же из Ростовского Борисо-Глебского, что на Устье, монастыря я со знаменитым местным иван-чаем... Но не только с ним.
24 июля 2017 г. 16:00