iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Статьи на тему
Если Христос снисходит в ад — нисходи с Ним и ты
Великая Суббота — один из наиболее значимых дней Страстной седмицы. В большинстве случаев в православном храме в этот день большую часть пришедших на Литургию будет интересовать один-единственный вопрос: когда же священник освятит пасхальные угощения? Даже среди постоянных прихожан есть те, кто, несмотря на все разъяснения, продолжают воспринимать Великую Субботу как день ожидания наступления грандиозного пасхального торжества или как некую передышку между Великой Пятницей и Светлым Христовым Воскресением. Какое место занимает Великая Суббота в сотериологическом замысле Божием, правильно ли считать ее неким днем бездействия и что на самом деле означает Божественный покой, о котором говорят нам богослужебные песнопения накануне Пасхи, рассуждает кандидат богословия, доцент кафедры богословия Московской духовной академии священник Антоний Борисов. PDF-версия.
22 апреля 2022 г. 13:00
Когда отверзается и когда затворяется
Обычай совершения Божественной литургии при закрытых царских вратах иереями, являющийся отличительной особенностью богослужебной практики в Русской Православной Церкви, в течение последних лет становится предметом оживленной дискуссии. Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл в указе от 31 декабря 2014 года благословил совершение Божественной литургии во всех храмах Русской Православной Церкви в праздник Рождества Христова с отверстыми царскими вратами по «Отче наш», аргументируя свое распоряжение «особым миссионерским значением праздничного богослужения». Бесспорно, апостольский, миссионерский характер церковного богослужения должен рассматриваться как существенный мотив, определяющий те или иные изменения в литургической практике. Но не менее важным является соответствие сложившегося порядка совершения Божественной литургии богословскому и догматическому учению Церкви о таинстве Евхаристии, о котором «Журналу Московской Патриархии» рассказал преподаватель Санкт-Петербургской духовной академии, член Межсоборного присутствия Русской Православной Церкви протодиакон Константин Маркович. PDF-версия.  
5 января 2022 г. 14:00
Интервью
ЦВ № 20 (393) октябрь 2008 /  23 октября 2008 г.
версия для печати версия для печати

С надеждой на будущее русского богословия

С 9 по 12 октября в Православном Свято-Тихоновском гуманитарном университете прошла осенняя сессия XIX Ежегодной богословской конференции, посвященная теме «Перевод и интерпретация». В ней приняли участие российские ученые и представители крупнейших богословских школ и университетов Европы, США и Израиля. О задачах Ежегодных богословских конференций ПСТГУ и об их вкладе в развитие церковной науки рассказала Наталья Сухова, заведующая учебно-методическим отделом богословского факультета ПСТГУ.

— Наталья Юрьевна, как, по-вашему, влияют проводимые в ПСТГУ богословские конференции на развитие богословской науки?

— Заниматься наукой в затворе, в одиночестве, наверное, можно — прецеденты были и есть, но вряд ли этот путь может быть плодотворным для многих и долгое время. Каждый ученый ощущает необходимость обсуждать проблемы, которыми он занимается. Для него важны другие точки зрения на исследуемый им вопрос, важен научный контекст, с которым этот вопрос связан. Наверное, большая часть исследователей испытывает сложности разного уровня с выбором или разработкой методов исследования — и только обсуждение может помочь с разрешением этих сложностей. Конференции — это тот способ научного общения, который дает надежду на решение этих проблем.

Тем более важно научное общение для тех, кто только выходит на дорогу научного поиска, воспитывает в себе ученого. И если уже состоявшийся, известный ученый может участвовать в конференциях «на стороне», то для новичка самая лучшая возможность приобщиться к живой науке высокого уровня — принять участие в конференции в своем вузе. Преподавательская корпорация может вырастать в настоящий научный коллектив только путем общей научной деятельности. И конференции вносят один из важнейших вкладов в этот процесс.

Конференции способствуют тому, что наш университет становится международным научным центром. В последние годы на наших конференциях выступают ведущие ученые со всего мира — и это, как нам кажется, приносит пользу богословской науке в целом. Палитра специалистов достаточно широка, поэтому наши богословские конференции вносят вклад в том числе и в понимание сложного вопроса о месте богословия в системе наук.

Конференции повышают уровень преподавателей факультета, большинство из которых занимается научными исследованиями в той или иной области. Они насыщают наше знание о богословской науке в мире, причем это знание не книжное, а живое, что тоже очень важно. Крепнут наши международные связи с научными и учебными богословскими центрами, образуются новые. Наши преподаватели и студенты ездят в научные командировки, наш университет приглашает специалистов для чтения кратких курсов лекций или участия в научно-методическом семинаре богословского факультета.

Крайне важны для богословского факультета методические следствия этих конференций. Ведение плодотворных научных дискуссий всегда непросто давалось отечественным богословам — было мало опыта, научный затвор доминировал над научным общением. Мы постепенно учимся оперативно включаться в проблематику докладов, выделять наиболее важные для нас идеи. Самостоятельное значение имеет обсуждение конференций в преподавательских кругах — это позволяет в той или иной степени включить проблематику наших личных или коллективных исследований в контекст богословской науки в целом.

— Чем отличается богословская конференция от любой другой научной конференции?

— Во всех научных симпозиумах, какой бы области науки они не касались, есть много общего. Однако богословские конференции имеют и свои особенности. Я остановлюсь на двух отличиях, на мой взгляд, наиболее важных.

Первое — это особое значение богословия в системе науки, в системе человеческого знания. Богословие, являясь самостоятельной научной областью со своей аксиоматикой, проблематикой, принципами, методологией, структурой, перспективами, имеет и особое значение для науки в целом. В разные времена богословие считалось то фундаментом научного знания, то, напротив, его венцом. Сегодня постоянно встают вопросы о значении тех или иных небогословских наук для богословия — в научно-исследовательском и учебном отношении, а также о значении богословия для небогословских наук. Поэтому научно-богословская конференция неизбежно привлекает широкие круги философов, историков, филологов, а иногда математиков и физиков. При этом крайне важно строить конференцию, подбирать доклады, вести заседания таким образом, чтобы конференция была именно богословской, а не рассыпалась в представление отдельных исследований, так или иначе связанных с богословской тематикой. Чтобы, в частности, она делала вклад в богословскую методологию, наше понимание того, в чем особенность богословского исследования источников, и т.д.

Второй особенностью отечественных богословских конференций является непростой путь нашей богословской науки. Ее тяжелое положение в недавний период новейшей истории, отторженность как от остальных областей знания, так и от мирового богословия, сказались не лучшим образом и на состоянии нашего богословия, и на отечественной науке в целом. Поэтому сейчас много надо восстанавливать, а многое открывать и вырабатывать заново. Кроме того, современная наука, культура, жизнь общества поставили много вопросов, которые требуют богословских ответов, богословского знания. Поэтому на богословской науке лежит в наши дни особая ответственность. Однако эта ответственность, широта не должны привести к перенесению акцента с фундаментальной богословской науки на ее прикладное значение. Эта задача, в частности, стоит и перед богословскими конференциями.

Можно отметить и еще одну особенность. Богословие — научная область, равноправная с другими областями. Но, с другой стороны, богословская наука конфессиональна, церковна. Поэтому особенностью богословских конференций является их включенность в церковную жизнь. На наших ежегодных богословских конференциях это значимо и зримо: каждая конференция начинается Божественной литургией. А в этом году осенняя, октябрьская сессия конференции включила в себя даже две торжественные Литургии.

— Существовали ли подобные конференции в истории русской богословской науки? И если да, то как соотносятся богословские конференции ПСТГУ с этой традицией?

— В истории русской богословской науки такие конференции — явление современное. До революции 1917 г. специальных богословских конференций, съездов практически не было. Почему? Видимо, просто до них не успели дорасти, несмотря на явный подъем богословской науки в XIX — начале XX в. Кроме того, численность русских богословов была невелика. Профессор СПбДА В.В. Болотов в свое время жаловался на малочисленность богословов-исследователей в России в сравнении с Европой, проводя подсчет: в странах немецкой культуры «в 4 раза больше хорошо поставленных богословских сил, чем у нас на том же пространстве». Наконец, с деятельностью духовной школы всегда была связана определенная финансовая проблема.

Однако само явление научных конференций было знакомо русской науке, и богословы, представители духовных академий в нем участвовали довольно активно. Сложились даже определенные традиции. Так, например, начиная с 1869 г., каждые три года в России проходили Археологические съезды — достаточно масштабные научные форумы, принесшие много полезного не только церковной археологии, но и общению ученых-специалистов из разных областей науки. На каждом съезде выступали церковные археологи, историки, литургисты, византинисты, слависты из духовных академий. За 42 года (с 1869 по 1911-й) состоялось 15 съездов, причем показательно, что первые четыре археологических съезда состоялись в городах, имеющих духовные академии: Москве (1869), Петербурге (1872), Киеве (1874), Казани (1877). Созывались и местные, региональные археологические съезды, в которых преподаватели и выпускники духовных школ также участвовали весьма активно.

В начале XX в. традиция русских научных конференций расширилась: начали проводиться съезды и конференции по древне-русской словесности, славистике, церковному искусству. Ученые-богословы соответствующих специальностей участвовали и в них. Кроме того, отдельные представители российского богословия приглашались и на международные конференции, как научные, так и церковно-практические. Так, например, профессор МДА С.С. Глаголев в 1900 г. был вице-президентом Всемирного конгресса религий в Париже.

Однако то, что не было специальных богословских конференций, в конце XIX — начале XX в. сознавалось как недостаточность. Попытки заменить научные форумы личным общением богословов — внутри корпорации той или иной духовной академии, в переписке ученых-специалистов из разных академий и университетов — удавались лишь отчасти. Определенным рубежом послужило Предсоборное Присутствие 1906 г., которое, разумеется, не ставило перед собой научных задач, но все же при обсуждении церковных проблем касалось и их богословской составляющей. После этих обсуждений многие профессора духовных школ стали более определенно высказываться о необходимости проведения и научно-богословских форумов.

Так что современные научно-богословские конференции и, в частности, ежегодные богословские конференции ПСТГУ, являются исполнением этих пожеланий, то есть реализацией замыслов наших предшественников, развитием традиции.

— В наши дни в России проводится очень много конференций разного уровня и тематики. Как вам кажется, какое место занимают богословские конференции ПСТГУ в этой разнообразной палитре, отличаются ли они от других подобных мероприятий?

— Да, конференций в последние годы проводится очень много. Иногда даже кажется, что слишком много: даже опытные участники едва успевают составлять доклады, а для менее опытных новая научная информация и насыщенное общение становятся «мешком зерна», которое не успевает прорастать. Хотя, разумеется, очень хорошо, что конференции есть. И что они разные: научные и церковно-практические, общие и тематические, центральные и региональные…

Мне кажется, наши конференции имеют две особенности, о которых я уже говорила: научность — и оргкомитет старается, чтобы она была высокого уровня, — и церковность. Несмотря на то, что в числе участников наших конференций обычно много представителей иных христианских конфессий и светской науки, целью конференции является развитие православной богословской науки. И на Божественной литургии перед началом конференции мы всегда молимся о том, чтобы это было нашим приношением Церкви.

И, конечно, особенностью наших богословских конференций является акцент на вовлечении в научный процесс наших студентов. Наша молодая по возрасту аудитория не поражает академической мудростью и значимостью, но внушает надежды на будущее русского богословия.

— Как вам кажется, оказывают ли богословские конференции влияние на другие стороны жизни богословского факультета — на учебный и воспитательный процесс, жизнь преподавателей и студентов?

— Этот вопрос не такой простой. С одной стороны, положительное влияние несомненно. Задается некоторый уровень, ориентир, к которому ведет или, по крайней мере, должен вести наш учебный процесс. Для любого студента, если он пришел в университет с интересом, с желанием познания, это стимул, более ясное понимание того, что стоит за трудоемким изучением языков, обилием наших богословских и гуманитарных предметов. Конференции расширяют научный кругозор в целом, углубляют понимание проблем из той области богословия, которую студент выбрал для специализации. И для воспитания будущего ученого это общение крайне важно: академическая среда, научные дискуссии, истина как единственный критерий для деятельности и совести ученого. Это трудно воспитать словами, да и общением в тесной корпорационной среде, в напряженной каждодневной работе. А конференции — праздник науки, торжество, настоящую радость от которого способен испытать только тот, кто служит науке искренне и жертвенно.

Руководство и преподаватели богословского факультета и университета в целом так высоко ценят этот вклад в образование и воспитание наших студентов, что на время конференций все занятия переносятся на заседания. То есть каждый студент имеет возможность не только послушать те или иные доклады, но и приобщиться к настоящему научному обсуждению, даже поучаствовать в нем. А потом обсудить главное, важное, новое и в своем студенческом круге, и с преподавателями.

Однако эта сторона наших ежегодных богословских конференций, как мне кажется, представляет в основном желаемые перспективы. Наверное, мы пока недостаточно готовим студентов к конференциям. Для преподавателей, многие из которых пришли в университет, уже имея определенный опыт научной деятельности, естественно стремление участвовать в заседаниях конференций, обсуждать. Каждый год мы сожалеем, что, участвуя в своей профильной секции, пропускаем заседания других секций, каждая из которых важна и интересна, на каждой из которых особенно хотелось бы послушать тот или иной доклад. Поэтому то, что студенты не всегда стремятся на эти заседания, а если и аккуратно посещают их, то порой слишком мало выносят ценного для их научного роста, было для нас несколько неожиданно. Иногда с печалью приходится видеть, как на очень интересных докладах кто-то из студентов делает домашнее задание по языкам. Нашим студентам всегда не хватает времени, нагрузки очень большие, это понятно. Но все же есть иерархия ценностей, и не всегда ближайшая проблема — самая главная. Мы долго надеялись, что студенты сами это поймут, но… Конечно, к науке надо почувствовать вкус, но нам казалось, что научный камертон у нас задан.

В этом году мы решили принять особые меры. Во-первых, на старших курсах богословского факультета (начиная с 3-го) мы постарались провести подготовительные беседы, обратить внимание студентов на те или иные доклады, возбудить интерес. Во-вторых, поручили магистрантам написать отчеты по секциям конференции, отвечающим их специализации. Надеемся, что студенческая часть нашей факультетской корпорации и впредь будет поддерживать наши усилия.

Наталья Зяблицына
23 октября 2008 г.
Ключевые слова: философия
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи
Подрясник как форма проповеди
Этим материалом «Журнал Московской Патриархии» продолжает цикл статей, задача которых — собирать ответы известных и уважаемых духовников на самые острые и актуальные практические вопросы пастырского служения, волнующие священников сегодня. Ценность материала именно в том, что это ответ не одного пастыря, а целая палитра мнений, отражающих разные аспекты темы и не совпадающих между собой. Такой подход позволяет шире взглянуть на проблему, учесть многообразие современного пастырского опыта и соотнести его с теми трудностями, которые возникают в контексте служения у каждого священника. Основой для этих статей служат публикации интернет-портала «Пастырь», созданного при совместном участии Православного Свято-Тихоновского богословского института и Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению Русской Православной Церкви для того, чтобы поддерживать диалог и обмен практическим опытом между священнослужителями Русской Церкви. Все наши читатели могут присоединиться к этому обсуждению и продолжить общение после регистрации на портале «Пастырь». PDF-версия.
6 августа 2022 г. 19:00
Циничная афера на уровне государства
Одним из распространенных стереотипов советской историографии изъятия храмового имущества в 1922 году являлся тезис о всенародной поддержке этой антицерковной кампании государства. И хотя изъятие ценностей часто проходило в форме грабежа и почти всегда на фоне волнений среди верующих, многие ученые до сих пор уверены: широкие слои народа с пониманием отнеслись к тому, что Церковь должна отдать властям все, что у нее есть, включая священные сосуды. Мифы об изъятии церковных святынь, порожденные советскими пропагандистами столетие назад, на основе новых архивных данных «Журналу Московской Патриархии» прокомментировал научный сотрудник Отдела новейшей истории Русской Православной Церкви ПСТГУ, кандидат философских наук, кандидат богословия священник Сергий Иванов. PDF-версия.
22 июля 2022 г. 11:00