Несмотря на то, что Семейный кодекс провозглашает право каждого ребенка «жить и воспитываться в семье, насколько это возможно, право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание», сегодня нет эффективных законодательных механизмов, которые позволяли бы это право реализовать, — констатировали участники круглого стола, посвященного правовым аспектам изъятия детей из семьи. Обсудить эту тему в Общественной палате вчера собрались не только юристы, но и представители НКО, православные священники, психологи, социальные работники.
Участники круглого стола считают, что одновременно с правом органов опеки отобрания детей из семей, должны существовать юридические возможности по восстановлению семьи, проводиться экспертиза, подтверждающая правомерность этих действий органами опеки.
В частности, по мнению члена общественной палаты, председателя правления РОО «Право ребенка» Бориса Альтшулера требуется как можно быстрей внести поправки в Семейный кодекс. "Необходимо установить в ст.69 СК РФ, что лишение родительских прав применяется в качестве крайней меры в случае, если профилактически-реабилитационные меры по сохранению семьи не дали результата«,- считает эксперт. Также он предложил законодательно запретить органам опеки лишать членов семьи родительских прав в судебном порядке, если до этого с семьей не проводилась профилактическая работа по заранее составленному индивидуальному плану. Предложенный Борисом Альтшулером проект устанавливает обязательность такой плановой индивидуальной профилактической работы с находящейся в кризисе семьей.
По данным президента благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елены Альшанской, только от 5% детей, находящихся в госучреждениях родители отказались добровольно. У 10-15% детей-сирот родители умерли. А у остальных 80% — лишение и ограничение родительских прав произошло либо под давлением органов опеки на родителей, либо органы опеки воспользовались некомпетентностью родителей. «Мы предлагаем сделать процедуру отобрания ребенка более сложной, чтобы это можно было сделать только при непосредственной угрозе жизни ребенку с обязательной оценкой этого риска специалистами по определенным критериям», — сказала ЦВ Елена Альшанская.
«Забирать ребенка из семьи можно только в самом крайнем случае, когда никакими другими мерами помочь уже нельзя, — считает первый заместитель председателя Патриаршей комиссии по вопросам семьи и защиты материнства протоиерей Димитрий Смирнов. — Потому что травма, нанесенная в этом случае ребенку остается на всю жизнь. И если нет реальной угрозы жизни и есть кому его воспитывать, то нужно помогать этой семье».
Своим видением проблемы поделился с ЦВ председатель правления Центра лечебной педагогики Роман Дименштейн: «Традиционно человечество выращивало детей в больших семьях, где есть не только родители, но и бабушки, дедушки и другие родственники. А сейчас большие семьи распались до малых, которые не справляются с задачей воспитания, не хватает сил. И система социальной поддержки должна переориентироваться на создание действенной, эффективной системы помощи малой семье специалистами и социальными работниками». Если возникает критическая ситуация и ребенок должен перейти в другую семью, это должно быть временно, пока семья не решит свои проблемы. А для самой семьи органы социального сопровождения должны разработать план по ее выходу из тяжелой жизненной ситуации и постоянно стремиться к тому, чтобы вернуть в нее ребенка, считает он.
Эту мысль поддержала и эксперт общественной палаты, программный директор РОО «Право ребенка» Светлана Пронина. По ее мнению необходимо выработать критерии работы с семьей.
Многие эксперты указали на то, что органы опеки не несут никакой ответственности за разрушение семей. В частности, руководитель «Московского городского родительского комитета» Руслан Ткаченко привел пример, когда одинокая мама двоих детей нашла работу в другом городе и на время пристроила своих детей в интернат. Однако чтобы вернуть их обратно в семью, ей потребовалось полгода хождения по разным инстанциям. Вместе с тем Светлана Пронина привела в пример случай, когда из-за полного попустительства своей матери новорожденный ребенок умер от истощения.
«Сегодня сложилась двоякая ситуация, когда органы опеки не несут никакой ответственности за свои действия с одной стороны по изъятию ребенка из семьи. А с другой за то, что не проявляют должного внимания к ситуациям, когда действительно есть реальная угроза жизни и здоровью ребенка. Эта ответственность должна быть предусмотрена в Семейном кодексе», — настаивает юрист фонда «Волонтеры — в помощь детям-сиротам» Ольга Будаева.
«Очень важно, что в результате многочисленных обсуждений этой темы у нас сложилось единство по ключевым позициям, — подвела итоги круглого стола Елена Альшанская. — Есть ощущение общего понимания, что нужен ряд поправок в законодательство, обязывающих государственные органы предпринять максимум усилий, чтобы ребенок остался в семье. Что это должно стать приоритетной задачей органов опеки. А устройство ребенка в другую семью должно стать самой крайней мерой».
