iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Статьи на тему
В ПСТГУ состоялась научная конференция, предваряющая восьмивековой юбилей со дня рождения святого благоверного князя Александра Невского
Вчера, 6 октября, в Православном Свято-Тихоновском гуманитарном университете прошла одна из первых научных конференций в программе празднований 800-летия со дня рождения святого благоверного князя Александра Невского. Открывший ее председатель Экспертного совета по церковному искусству, архитектуре и реставрации протоиерей Леонид Калинин провел сравнительный анализ исторических периодов, в течение которых Александр Невский почитался на Руси в той или иной различной степени, выражавшейся в числе посвященных ему соборов, церквей и часовен, в общественном интересе к его подвигу, в известности его как исторической личности. По мнению отца Леонида, вне конкуренции здесь имперский XIX век, когда три российских государя носили имя Александр. На втором месте – нынешнее время церковного возрождения, а на третьем – петровская эпоха, ознаменовавшаяся перенесением мощей святого в новую северную столицу и устроением там Александро-Невского монастыря.
7 октября 2020 г. 17:00
Невский пятачок. Взыскание погибших
8 сентября 1941 года началась Ленинградская блокада. Одним из плацдармов, с которых советские войска пытались прорвать блокаду стал Невский пятачок (см.справку). В годы Великой Отечественной ­войны здесь, по обе стороны Невы, было убито и утонуло при переправе 120 тысяч советских воинов. В память об их подвиге создан мемориал, два музея, возведены поклонные кресты, часовни и храм в честь иконы Божией Матери «Взыскание погибших» на правом берегу Невы в пос.Невская Дубровка, где поименно поминают около 40 тысяч погибших воинов. Как появилась книга памяти, какие святыни хранятся в Дубровском храме и какие возможности для миссии среди школьников предоставляет поисковая работа, корреспонденту «Журнала Московской Патриархии» рассказали в поселке Невская Дубровка.  ПДФ- версия
7 сентября 2020 г. 18:14
Голоса минувших эпох ожили в уникальном документально-анимационном проекте Ирины и Михаила Разумовских
Сегодня, 26 августа, в российской столице представлен первый сезон документально-анимационного сериала «Живые мемории», в основе которого – воспоминания и размышления россиян разных лет о своей Родине. Десять серий, каждая продолжительностью от семи до десяти минут, представляет собой анимационный фильм с отрывками ранее изданных воспоминаний, начитанными известными актерами в сопровождении оригинального музыкального трека. Московская премьера мини-сериала на большом экране состоится 28 сентября в кинотеатре «Пионер», на 15 октября намечена онлайн-премьера на официальном канале «Кто мы. Медиа», а в декабре пройдет «живой» спектакль на основе сценариев всех серий в театре Сергея Женовача «Студия театрального искусства».
26 августа 2020 г. 23:15
История
Покровский храм с. Качкаровки Херсонской обл., архитектор А.И. Бернардацци (1907-1919). Во время наступления Красной Армии в 1944 г. служил для немецких войск укрепленным пунктом и был обстрелян советской артиллерией. Фото из приходского архива, ок. 1944.
ЖМП № 5 май 2020 /  22 июня 2020 г. 14:00
версия для печати версия для печати

Молись, но за победу немецкого воинства

УКРАИНСКАЯ АВТОНОМНАЯ ЦЕРКОВЬ, УКРАИНСКАЯ АВТОКЕФАЛЬНАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ И ОККУПАЦИОННЫЕ ВЛАСТИ: ПРАВОСЛАВИЕ В ГОДЫ ВОЙНЫ НА ХЕРСОНCКОЙ ЗЕМЛЕ

Жизнь Церкви, положение верующих и служение законных иерархов на оккупированных нацистскими войсками территориях бывших союзных республик продолжают оставаться предметом научного интереса современных историков. В советскую эпоху серьезное изучение этих вопросов как светскими, так и церковными специалистами было невозможно, в новейшее же время основные усилия российских исследователей оказались сосредоточены на событиях, происходивших на территории РСФСР. Между тем и в Украинской ССР, на оккупированных гитлеровской Германией территориях, церковная жизнь 1941–1944 годов была полна драматических коллизий. О том, как в Херсонской области вынужденный коллаборационизм священники компенсировали спасением евреев и красноармейцев, рассказывает клирик Новокаховской епархии Украинской Православной Церкви иеромонах Иустин (Юревич).

В соответствии с предписаниями Гитлера и его заместителя по партии Бормана администрация Рейхскомиссариата «Украина», подразделения РСХА (тайная полиция), полиция порядка и жандармерия жестко регулировали деятельность религиозных организаций, в частности в административных вопросах и вопросах иерархического строя Церкви, недопущения католического миссионерства и крещения евреев, открытия храмов, семинарий, богословских курсов. Как отмечает херсонский исследователь Ирина Синкевич на основе изучения немецких архивных материалов, изданных в 1990-х годах во Львове, политика «нового порядка» предполагала поддержку религиозных движений, враждебных большевизму, контроль за деятельностью религиозных организаций всех конфессий, максимальное использованией конфессий немецкой администрацией, дробление религиозного движения, препятствование влиянию РПЦ на население и искоренение русского языка из церковного употребления1.

В период оккупации Украинской ССР (УССР) немецко-фашистские захватчики и их союзники создали германский гражданский Рейхскомиссариат «Украина», подразделявшийся на шесть генерал-комиссариатов (генерал-бецирков), в том числе «Николаев» и «Крым». Значительная часть восточной части УССР и Крым входили в оккупационную зону германской военной администрации. В западной части Николаевской, в Одесской и южной части Винницкой областей между реками Днестром и Бугом появилась зона румынской оккупации «Транснистрия».

Граница Николаевского и Крымского генерал-комиссариатов проходила по Днепру. В сентябре 1942 года округ «Крым» реорганизован в Таврический генеральный округ Рейхскомиссариата с центром в Мелитополе, Крымский полуостров остался в ведении военной администрации.

С августа 1941 года до марта 1944 года Херсонскую и Николаевскую епархию возглавлял архиепископ Украинской Автономной Церкви Антоний (Марценко), также титуловался Херсонским и Одесским. В Херсоне владыка Антоний создал Духовное правление.

Епископ Украинской Автономной Церкви (УАЦ) Серафим (Кушнерук), в сентябре 1942 года назначенный викарием Херсоно-Николаевской епархии (различные источники титулуют его Николаевским и Херсонским2 ), с декабря 1942 года по сентябрь 1943 года (с титулом «Мелитопольский и Таврический») управлял Крымской (Таврической) епархией. Епископ Серафим создал Духовное управление в Мелитополе, его деятельность охватывала Таврический генеральный округ и Крымский полуостров. Летом 1943 года он объявил себя автономным епископом и перестал поминать за богослужениями митрополита Сергия (Страгородского). По выражению историка Михаила Шкаровского, владыка Серафим занял пронемецкую позицию3. Его решение об автономности можно объяснить требованием немецких властей о невмешательстве глав и епископов Автономной Церкви и «поликарповцев» в деятельность других епископов и о запрещении епископам выполнять постановления архиереев, пребывающих за пределами своего бецирка. Архиереи и священники должны были повиноваться только генерал-комиссарам, нижестоящим чинам администрации, СД, гестапо и прочим службам безопасности. В 1948 году в Запорожье Преосвященный Серафим был осужден советскими властями.

«Поликарповская» Украинская Автокефальная Православная Церковь (УАПЦ) наибольшее число приходов имела на Западной Украине, Правобережье и в Харьковской области. В центральной, южной и восточной частях УССР Автономная Церковь, напротив, имела значительное превосходство над «автокефалистами». В отдельных регионах оккупанты искусственно создавали преобладание либо УАПЦ, либо УАЦ. В Херсонской области все или почти все приходы Херсонского округа Николаевского генерал-бецирка, Алешковского, Каховского и Генического округов-гебитов Мелитопольского генерального округа принадлежали к Автономной Церкви.

Православные приходы и духовенство Херсонщины

До революции в губернском Херсоне действовало 28 православных храмов, из которых непосредственно перед войной действовал лишь один — кладбищенский Всехсвятский. К 1 августа 1942 года открылось семь храмов. Горожане стали публично креститься, носить крестики, доставали из тайников иконы и церковные книги. В городе заработал магазин церковной утвари, функционировала мастерская по реставрации и изготовлению икон. Православные приходы создали благотворительное общество для помощи беднейшим горожанам. Областная экономическая команда выделила духовенству 30 тыс. карбованцев на реставрацию храмов с условием вести службу на церковнославянском языке с перспективой перехода на украинский, подписать обязательства лояльности к немецким властям и отказаться от сотрудничества с украинскими националистами4.

Многие приходские священники Херсонщины вынужденный коллаборационизм компенсировали тайной патриотической деятельностью, некоторые прятали от немцев евреев и красноармейцев. Херсонский протоиерей Серафим Ожиговский оказывал помощь скрывавшейся от насильственной отправки в Германию молодежи. Священник Свято-Духовского собора Леонид Гашкевич крестил 120 евреев. Некоторые херсонские клирики отказывались служить молебен о здравии Гитлера, противились распоряжениям городского комиссара. Протоиерей Николай Герасимов за несогласие с распоряжениями властей был отстранен от служения. Он оказывал помощь партизанам, содействовал освобождению евреев из гестапо (тайной полиции). Протоиерей Тимофей Закрицкий три месяца провел в застенках тайной полиции, был освобожден по ходатайству двух тысяч горожан, а после изгнания немецко-фашистких войск нес послушание благочинного церквей Херсонской области и организовывал сбор денег для нужд фронта5.

Приходская жизнь в Каховке восстановилась в 1941 году. Тогда же учреждено Каховское благочиние. Благочинным в 1943 году был протоиерей Савелий Цыбульников6.

После взятия Каховки немецкими войсками в сентябре 1941 года отец Савелий, будучи настоятелем местного храма, обратился к коменданту армейской администрации с просьбой разрешить проведение богослужений в гостинице «Петроградская». Тогда же началось истребление евреев: по ночам нацисты свозили еврейские семьи на хутор Терны и расстреливали. Мертвых и раненых фашисты бросали в 40-метровый колодец. По свидетельству прихожанки Покровского храма Каховки Александры Беляевой, по ночам люди приводили к отцу Савелию еврейских детей, которых он крестил, спасая от смерти7.

В целом по юго-восточным Ворошиловградской, Запорожской и Херсонской областям во время оккупации действовало не менее полутысячи храмов8. Но эта оценка представляется заниженной, так как некоторые приходы возобновляли богослужения, не испрашивая ни у кого разрешения. Священники могли приезжать и в силу различных причин покидать приход, пока в обоих бецирках не появились епархиальные управления и благочиннические округа, а также дублирующие иерархическую структуру власти германской гражданской администрации церковные органы — окружные (гебитские), районные и приходские советы.

Согласно документам Государственного архива Херсонской области, в Голопристанском районе Алешковского округа было открыто 12 храмов. На семи приходах служили священники, на пяти были только старосты9. Четыре из семи священников благочиния состояли в списках приходского духовенства Херсонской области за 1951–1952 годы.

Староста села Кардашинки Голопристанского благочиния возобновил деятельность местной Георгиевской церкви. По ночам он на лодке переплывал через Днепр в Херсон, покупал иконы в церковной лавке, ожидал следующей ночи и возвращался в село10. А между тем оккупационная администрация категорически запрещала пользоваться лодками по назначению, тем более для пересечения Днепра. Даже рыбная ловля дозволялась по особым разрешениям властей в определенное время — исключительно по воскресеньям и в праздники. Кроме того, владельцы лодок, велосипедов и собак обязаны были уплачивать особый налог.

Служение епископа Иосифа (Чернова) на Херсонщине

С марта по июнь 1943 года в Каховке служил епископ Таганрогский Иосиф (Чернов; впоследствии митрополит Алма-Атинский и Казахстанский). В феврале 1943 года таганрогская комендатура (Таганрог входил в зону армейской оккупации) обязала его выехать из Таганрога в Мелитополь. В Мелитополе у владыки не было возможности служить. Кроме того, он опасался, что тайная полиция потребует от него проводить пропагандистскую работу, а потому решил нелегально отправиться в Каховку. Право служения в Каховке епископу Иосифу предоставил епископ Мелитопольский Серафим (Кушнерук), за что последнего вызывали в полицию.

Вместе с владыкой Иосифом в Каховку приехали два послушника — Александр Бухало (Бухалов) и Сергий Петров (впоследствии митрополит Одесский и Херсонский). Сергия оккупационые власти занесли в списки для отправки в Германию, но епископ Иосиф объявил властям, что его иподиакон пострижен в монахи и рукоположен в иеродиаконы11.

Многие каховчане узнавали у прозорливого владыки Иосифа о будущем своих мужей и детей, которые воевали на фронте. По словам прихожан Покровского храма, его проповеди были особенные, они отличались поэтичностью и образностью12.

По пути из Мелитополя через Каховку, Херсон и Николаев в Умань епископ Иосиф был задержан штадткомиссаром в Николаеве. Немец потребовал заменить архиепископа Антония (Марценко), который «не справляется с работой». Епископ Иосиф, сославшись на церковные каноны, ответил отказом. Он возносил за богослужениями имя митрополита Сергия (Страгородского)13. За отказ молиться о победе немецкого воинства и поминовение митрополита Сергия владыку неоднократно арестовывало гестапо. В 1944 году его арестовали органы госбезопасности СССР, а в 1945 году он был приговорен к 10 годам лишения свободы.

Украинская Автокефальная Православная Церковь на Херсонщине

От УАПЦ в Николаев 12 мая 1942 года (первоначально управление находилось в Кировограде) назначили кировоградского епископа Михаила (Хорошего), в Мелитополь — епископа Сергия (Охотенко)14. В Александрштадтском округе к июлю 1942 года было зарегистрировано шесть священников УАПЦ15. Двое из них значатся в списках духовенства Херсонской области за 1944–1947 годы. Только эти священники имели право совершать богослужения и требы в пределах своих приходов. Священники других округов-гебитов (областей) к проведению богослужений не допускались, причем службы разрешалось проводить только на украинском языке16.

Приказы рейхскомиссара, генерал-комиссаров и гебитскомиссаров регламентировали время проведения богослужений, добровольность участия в них, способ и величину получения доходов. Так, в июле 1942 года Александрштадтский гебитскомиссар предписал проводить богослужения по праздникам с 4 до 6 часов утра, кроме воскресных дней, когда время проведения служб не ограничивалось17. Однако более ранним приказом, от февраля 1942 года, гебитскомиссар штурмбанфюрер Шульце аргументировал обязательность труда по воскресеньям тяжелыми последствиями хозяйствования большевиков. В связи с этим все предприятия должны были работать каждый день с утра до вечера. Исключения в 1942 году делались для Нового года, Пасхи, Праздника труда, Троицы и Рождества Христова18.

Автономной Церкви запрещалось заставлять население принимать участие в богослужениях, удерживать церковные налоги (кроме добровольных пожертвований), использовать для получения доходов принадлежавшие приходам до революции земли, во время эпидемий — хоронить в открытых гробах и давать крест для целования19. Регламентировались даже суммы пожертвований: за крещение 20, за венчание 50, за погребение 30 карбованцев. Старосты получали право изымать у священников пожертвованные продукты, если они сочтут их излишними. Ремонты и строительство церквей запрещались категорически20.

«Поликарповские» священники служили также на левобережье нынешней Херсонской области, в пределах Днепропетровского бецирка. Справочник о репрессированных деятелях УАПЦ упоминает протоиерея С. Явтушенко, который был настоятелем прихода Великой Лепетихи до 1944 года. Он неоднократно арестовывался и был осужден ОГПУ в 1920-х годах, в 1924 году отрекся от священства. В 1941–1942 годах был организатором церковной жизни «поликарповской» УАПЦ на Днепропетровщине21.

Разрушение храмов

Во время немецкой оккупации церкви Херсона подверглись разграблению, пострадали имногие храмы Херсонской области. Внекоторых церквах немецкие подразделения устраивали склады, конюшни. При этом следует разграничивать ущерб, нанесенный храмам действиями Красной армии и НКВД с одной стороны и действиями немецких войск, немецкой и союзническими Рейху оккупационными администрациями — с другой.

Для командования вермахта стоявшие на берегах Днепра церкви имели стратегическое значение, поэтому некоторые прибрежные храмы стояли закрытыми. На колокольне Покровского храма села Качкаровки во время наступления советских войск немецкий корректировщик направлял артиллерийский огонь на их позиции, расположенные на плацдарме в плавнях Днепра. В ответ советские артиллеристы обстреляли храм и разрушили южное крыло колокольни. Ранее, в 1941 году, оккупанты сорвали деревянный пол церкви для наведения понтонной переправы, о чем писал в своих воспоминаниях, основанных на личных наблюдениях и рассказах очевидцев, секретарь Херсоно-Одесской епархии по Херсонской области протоиерей Борис Старк22. Он также упоминает, что во время войны немцы пытались уничтожить соборный храм Корсунского монастыря авиабомбами, артиллерийским обстрелом, противотанковыми болванками, после чего стены и свод отчасти разрушились23.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Сінкевич І. Релігійне життя в Херсоні періоду гітлерівської окупації // Південний архів: Збірник наукових праць. Історичні науки. Вип. 24. 2007. С. 101–103.

2 Меморандум єпископів Автономної православної церкви // Історія релігії: збірник документів і матеріалів / Упорядники: Е.В. Бистрицька, І. С. Зуляк. Тернопіль: Астон, 2003. С. 389; Фотиев К., прот. Попытки Украинской Церковной автокефалии в XX в. / Православная Церковь на Украине и в Польше в XX столетии. 1917–1950 гг.: Сб. М.: Крутицкое патриаршее подворье. С. 71; Борщевич В. Єпископ Мелітопольско-Таврійський Серафим (Кушнерук): повернення із небуття // Юго-Запад Одессика: Историко-краеведческий научный альманах. 2009. №7. С. 223–228.

3 Шкаровский М. Русская Православная Церковь в XX веке. М.: Вече: Лепта, 2010. С. 189; Валякин. Православие в Украине и Крыму в период Великой Отечественной войны.

4 Сінкевич І. Указ. соч. С. 103–106.

5 Там же. С. 105–106.

6 БОДС. Описание монастырей, семинарии и храмов Херсоно-Одесской епархии и их современное состояние на 1-е января 1970 года. Ч. IV: 1970–1971. С. 346. Машинопись; ГАХО. Ф. 3727. Оп. 1. Д. 4. Л. 61–62.

7 Яблонська А. Свято-Покровська церква у Каховці (кінець XVIII — поч. XXI ст.). За матеріалами архівних джерел / Південний архів. Історичні науки. Вип. XXII, 2006. С. 205–206.

8 Шкаровский М. Указ. соч. С. 198.

9 ГАХО. Ф. Р-1501. Оп. 1. Д. 23. Л. 140.

10 Запорожець О. Становище Церкви в роки Другої світової війни // Південний архів: Збірник наукових праць. Історичні науки. Вип. 19. 2005. С. 85.

11 Королева В. Свет радости в мире печали: Митрополит Алма-Атинский и Казахстанский Иосиф. М.: Паломникъ, 2004. С. 74–77.

12 Яблонська А. Указ. соч. С. 206.

13 Шкаровский М. Указ. соч. С. 188; Королева В. Указ. соч. С. 77–78.

14 Фотиев К., прот. Указ. соч. С. 69–70.

15 ГАХО. Ф. 1520. Оп. 1. Д. 1. Л. 68, 98, 108.

16 Там же. Л. 68, 108, 116 об.

17 Там же. Л. 68.

18 Там же. Л. 122.

19 Там же. Д. 23. Л. 112.

20 Там же. Д. 1. Л. 68, 98, 108, 122.

21 Бухарєва І. Репресовані діячі Української Автокефальної Православної Церкви (1921–1939): Біографічний довідник / І. Бухарєва, В. Даниленко, В. Окіпнюк, І. Преловська. К.: Смолоскип, 2011. С. 112–114.

22 Старк Б., прот. Воспоминания / Архив Покровского храма с. Качкаровки Новокаховской епархии УПЦ.

23 Сєріков П. Монастир над Дніпром // Нова Каховка.1997. № 52. С. 8; № 53. С. 4.

Использованные сокращения

БОДС — Библиотека Одесской Духовной семинарии

ГАХО — Государственный архив Херсонской области

ОГПУ — Объединенное Государственное политическое управление СССР

ОУН — Организация украинских националистов, ее два крыла именовались «бандеровцами» и «мельниковцами»

РСХА — Главное правительство безопасности Рейха

СД — Служба безопасности и разведки, немецко-фашистская спецлужба

УАПЦ — Украинская Автокефальная Православная Церковь, возглавлял митрополит Поликарп (Сикорский)

УАЦ — Украинская Автономная Церковь, или Украинская Автономная Православная Церковь, возглавлял митрополит Алексий (Громадский) до мая 1943 года, когда был убит. Его преемником стал архиепископ Волынский и Каменец-Подольский Дамаскин (Малюта), согласно распоряжению немецких властей исполнявший должность старшего епископа генерал-бецирка Волынь-Подолье.

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА

После присоединения Западной Украины к СССР Московская Патриархия создала Экзархат западных областей Белоруссии и Украины с центром в Луцке. Изначально на территории Экзархата пребывали в том числе епископы Польской Православной Церкви, получившей незаконную автокефалию от Константинопольского Патриархата в 1924 г. Старейший по хиротонии из оставшихся в оккупации на Украине архиереев Русской Православной Церкви архиепископ Алексий (Громадский) инициировал проведение епископского совещания в Почаевской лавре 18 августа 1941 г. Опираясь на постановления Поместного Собора 1917–1918 гг. и Патриарха Тихона от 1922 г. о даровании Русской Церкви на Украине автономии, архиереи приняли решение о каноническом подчинении Московскому Патриархату до проведения Всеукраинского Собора, с переходом к автономному способу управления. Предстоятелем Украинской Автономной Православной Церкви (или Украинской Автономной Церкви — УАЦ) стал архиепископ Алексий (Громадский), которого 25 ноября в Почаеве избрали Экзархом Украинской Церкви и возвели в сан митрополита.

Предстоятель «Автокефальной Православной Церкви в бывшей Польше» (в созданном немецкими оккупантами генерал-губернаторстве) митрополит Дионисий (Валединский) пытался расширить каноническую территорию Польской Церкви до пределов оккупированной УССР. Самого его немцы не пропустили за пределы генерал-губернаторства, и в 1941 г. он назначил архиепископа Волынского Поликарпа (Сикорского) администратором «Автокефальной Православной Церкви на освобожденных землях Украины», которую впоследствии ее архиереи стали называть «Украинской Автокефальной Православной Церковью» — УАПЦ. В отличие от УАЦ, УАПЦ не признавала канонического подчинения Московской Патриархии, принимала в сущем сане «липковцев» (или «самосвятов» — членов УАПЦ, возникшей после незаконного и кощунственного рукоположения в Киеве 23 октября 1921 г. запрещенного в священнослужении протоиерея Василия Липковского в сан митрополита священниками и мирянами), сотрудничала с ОУН бандеровского и мельниковского направлений, в богослужениях повсеместно использовала украинский язык. В УАЦ были две группы: часть архиереев, в том числе митрополит Алексий (Громадский), желала объединения с УАПЦ, другая часть стояла за каноническое единство с Русской Православной Церковью. И «автокефалисты», и УАЦ пытались ставить епископов и открывать приходы на всей территории УССР, включенной в состав Рейхскомиссариата «Украина», и в зоне военной оккупации (по состоянию на начало 1943 г. в зону оккупации Вермахта, где вся полнота власти сосредоточилась в руках армейской тыловой немецкой администрации, входили в том числе территории Гомельской, Черниговской, Сумской, Харьковской, Луганской, Донецкой, Крымской областей БССР, УССР и РСФСР к югу, востоку и северо-востоку от Рейхскомиссариата «Украина»).

СПРАВКА ОБ АВТОРЕ. Иеромонах Иустин (Дмитрий Георгиевич Юревич) родился в 1967 г. в Киеве. В 2008 г. закончил богословский факультет ПСТГУ, в 2009 г. — богословско-педагогический факультет Черновицкого ПБИ, в 2018 г. — аспирантуру того же вуза (присуждена степень доктора богословия). В мае 2010 г. рукоположен в сан диакона и пресвитера, служил в Григорие-Бизюковом монастыре. В феврале 2013 г. принял монашеский постриг с именем Иустин. Настоятель Покровского храма с. Качкаровки и Архангело-Михайловского храма с. Мыловое Бериславского округа.

22 июня 2020 г. 14:00
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи