iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Статьи на тему
Репортажи
Для ребят из интерната них наказание, если за какой-то проступок их не пускают в храм. Фото Алексея Реутского
ЖМП № 11 ноябрь 2013 / 
версия для печати версия для печати

Роль личности в сельском храме

Этот сельский храм, по архивным данным, был построен воеводой князя Дмитрия Донского Федором Колычем после Куликовской битвы. Сегодня на службу сюда приезжают на специально арендованом автобусе из города ветераны ВОВ . Юные прихожане из местного интерната мечтают стать алтарниками и звонарями, для малоимущих здесь всегда найдется банка молока, простокваши и творог. А у настоятеля, священника Александра Беляева, есть уникальный рецепт от всех жизненных проблем.

Первый храм

«В юности я даже представить себе не мог, что стану священником, — весело поглядывая на меня, говорит отец Александр, — помню, лет в 16 друг меня спросил, какая мечта у тебя? Я как на духу и выпалил: построить церковь! В детстве я часто бывал в Коломне, где у меня жила сестра, а недалеко от ее дома стоял полуразрушенный храм, очень красивый. И когда я мимо него ходил, мне эта идея в голову и пришла». 
Священник Александр Беляев служит в храме великомученика Феодора Стратилата в селе Большом Колычеве под Коломной. Пока мы едем к нему, он рассказывает, что родился в Тамбовской области, окончил Рязанский радиотехнический институт по специальности «инженер-системотехник». Потом женился, переехал в Коломну, где и проработал какое-то время на заводе инженером.
В рабочем поселке, где прошло его детство, храма не было. Но родители чтили православные традиции, и поэтому в доме на стене висели иконы, а в Пасху на столе ждали гостей кулич со свечой, сладкая пасха и крашеные яйца. «Веры оформленной не было, но, очевидно, в глубине души она у родителей жила, — вспоминает священник. — И я с детства знал, что нужно ходить в церковь, исповедоваться и причащаться, но когда появилась такая возможность, делал это нерегулярно».
Отец Александр общительный, веселый, любознательный и инициативный человек, нередко разные люди обращались к нему за советом, а бывало и за помощью. И вот однажды, в 1995 году, глава администрации одного из районов Коломны предложила ему построить храм: «Саша, у меня материалы на церковь есть, а строить — нет ни средств, ни людей, возьмешься?» 
И он согласился, ведь вырос в сельской местности, плотницкое дело знал. Проект храма был не сложный — обычный сруб 9х9 м2. Александр нашел в Москве архитектора, которая бесплатно спроектировала барабан и маковку для будущей церкви, и в выходные вместе с друзьями взялся за дело. 
Позже выяснилось, что этот архитектор участвовала в строительстве Храма Христа Спасителя, а ее муж приходится правнуком последнего настоятеля храма великомученика Феодора Стратилата, в котором служит священник. Пока строили храм, Александр стал замечать, что, если долго не исповедуется и не причащается, возникают проблемы. «То друзья не могут от дел своих оторваться, то благодетелей со стройматериалами не найти, — говорит он. — Но стоит начать исповедоваться и причащаться, разгрести свою “духовную коросту”, стройка трогается с мертвой точки — и благодетели находятся, и строители». Храм они построили за три года.

«Вы будете священником»


Строительство храма расширило круг его знакомых среди духовенства. И вот однажды батюшка, у которого Александр исповедовался, вдруг сказал: «Саша, тебе нужно быть священником». «Батюшка, да вы что! Вы меня не знаете! Это же какая ответственность! Какой из меня священник?! Даже в мыслях не держите!» — запротестовал Александр. Потом еще несколько раз разные люди говорили ему о том же, но он не слушал. «У меня работа, дом, семья. Какой смысл всё ломать и начинать с нуля? — вспоминает отец Александр. — И вот мы достроили храм, прошло немного времени, и у меня вдруг начались в душе какие-то нестроения-сомнения. По совету друзей поехал на остров Залит к отцу Николаю Гурьянову. Много слышал о нем, но ни разу у него не был. Вхожу к нему с коробкой конфет, а отец Николай возвращает ее мне: “Это вашим детишкам”. И без всяких переходов, в лоб: “Вы будете священником”. Я остолбенел. У меня своих внутренних проблем воз, а он совсем про другое. Но тут такая благодать моей души коснулась и радость, что я про все свои вопросы сразу забыл». Он сопротивлялся еще три года и всё ездил и ездил к отцу Николаю, пока тот не благословил его поступать в Коломенскую семинарию. 
— У меня для тебя подарок! — встретила его на пороге супруга.
— Какой?
— У нас будет ребенок, я бере­менна. 
— И у меня для тебя подарок! Я в семинарию поступаю. 
— На что будем жить? 
Из-за увольнения Александра с работы ради обучения в семинарии у семьи оставался единственный источник дохода — крошечная стипендия. Они продали участок земли, что и стало подспорьем на первое время. А через год семинарии отца Александра рукоположили в дьяконы, затем и в священники.
Земля и вера
Мы проходим по мосту мимо живописного оврага. «Это место называется Попов клин, тут наше пастбище, — отец Александр указывает на овраг. — В архивах прочитал, что в селе Большом Колычеве всегда было не больше 40–50 дворов. Крестьяне хотели, чтобы у них был в селе свой священник. Специально для этого держали скот, а на вырученные с него средства содержали батюшку и его семью. Меня это вдохновило, и я решил завести корову. Она плодиться стала, теперь целое стадо в 18 голов, плюс три лошади. А где пасти?» 
Не всем нравится, что вокруг села ходят коровы. Но в овраге они никому не мешают. Люди отвыкли от домашнего скота, и вблизи городов его почти никто не держит. Невыгодно, слишком затратно и хлопотно, проще купить молочные продукты в магазине. 
«Оно и понятно, — продолжает священник. — По большому счету с этими коровами одна головная боль — доить, кормить, навоз разгребать, теперь вот хлев надо новый строить, не помещаются в старом. Все умные люди мне твердят, матушка жалуется: да сдай ты этих коров на бойню. Сам об этом думал не раз. И когда на Афоне был, то даже спросил у отца Макария, духовника Русского Пантелеимонова монастыря: “Что мне с животными делать? Никакой прибыли от них. Может, забить на мясо? Да жалко их”. Отец Макарий помолчал и говорит: “Знаешь, мне тоже их жалко. Но Бог поможет”. И я как-то сразу успокоился. Думаю, если найдутся те, кто будет ухаживать за ними, и средства на их содержание, пусть живут». 
После возвращения с Афона вопрос, кто будет ухаживать за животными, решился сам собой. К отцу Александру стали приходить люди, которым на тот момент нужна была помощь и некуда было идти. Кого-то привели полуживого в надежде, что батюшка, как служитель церкви, не откажет в приюте и в куске хлеба. Кто-то, понимая, что погибает, пришел к нему сам, надеясь на помощь. Так и появились у отца Александра соработники-трудники.
«Мне их часто приводили в полувменяемом состоянии. В Москве им податься некуда, никому они не нужны, а в деревне, где люди держат скот, всегда требуются рабочие руки. Можно взять любого потерявшегося в этой жизни человека, привести в чувство, приставить к делу, и он возвращается к жизни. Доказано практически», — убежденно кивает отец Александр.
На этот счет у него целая теория, суть которой такова. Если человек отлучается от Бога, он умирает духовно, а если отлучается от земли — умирает физически. Русскому народу достались от Бога два дара: земля и Церковь. Земля не дает человеку погибнуть физически, если он трудится на ней, а Церковь — умереть духовно. В тех селах, где колхоз-совхоз уничтожен, население тут же деградирует и спивается. А если еще и храма нет, никаких шансов на возрождение. Но каждого, потерявшего образ человеческий, можно вернуть к нормальной жизни, если он начнет трудиться и молиться. Я так и построил нашу сельскую жизнь: в храме мы образ Божий в человеке восстанавливаем, а через физический труд — образ человеческий. Поэтому я коров не касаюсь. Уход за ними — задача этих ребят, бывших бездомных. А моя забота — это они сами, их душевно-духовная реабилитация», — говорит священник. За десять лет отец Александр помог вернуться к нормальной жизни пятнадцати бездомным: покупал лекарства, восстанавливал документы, помогал найти родственников и трудоустраивал. Трое из них живут и трудятся у него и сейчас. 
 

Добрая душа

Максим (имя изменено) — бывший военный моряк. При Советах служил на Балтфлоте. Когда огромная страна развалилась, потерял работу и уже не смог найти новую. Супругу тоже уволили с работы как жену «оккупанта». На иждивении две дочери. В один день Рига, где они жили, стала чужим городом. Семейные неурядицы закончились разводом. Тогда он и пришел в храм, ища утешения душевным переживаниям. В поисках лучшей доли вернулся в Россию, но и здесь не всё сложилось, как ожидал. После череды мытарств оказался в Москве, где в социальной службе одного из храмов ему подсказали адрес отца Александра. «Я живу здесь год, — говорит Максим. — Батюшка — добрая душа — беспокоится о неимущих и пожилых, раздает им молоко и творог. Это человек с харизмой, может повести за собой, вдохновить. Очень эрудированный, можно говорить с ним на любые темы». Определенных планов у Максима на будущее нет, может быть, вернется в Ригу и восстановит семью, вроде бы сейчас Латвия относится более лояльно к своим изгнанникам. А пока он старший на хозяйстве у отца Александра. 
В выходные у Максима есть добровольные помощники. Это выпускники Колычевской школы-интерната для детей сирот. Юная паства отца Александра, в которую он вкладывает свои силы и время, — еще одна забота его беспокойной души.

«Люби его как душу, тряси его как грушу»

«Когда меня назначили на этот приход, я понял, что первым делом заниматься надо с детьми-сиротами. Интернат в 100 метрах от храма, мимо не пройдешь», — говорит батюшка. Практически сразу он стал проводить занятия с детьми, проповедовал слово Божие. Стараясь наладить с ребятами контакт, он всегда приходил не с пустыми руками, но однажды услышал детский отзыв о себе: «Люби его как душу, тряси его как грушу». 
Священник понял, что не добьется никаких результатов, если ограничится подарками, лекциями и беседами о православной вере. В ребятах быстро просыпается дух потребления, а слова о Боге, влетая в одно ухо, вылетают из другого, минуя душу. Ребенок слышит о Боге, когда раскрыта его душа, душа же раскрывается, когда он занимается творчеством. Осознав это, вместе с инициативными прихожанами священник организовал всевозможные кружки: рукоделия, бисероплетения, домоводства. И уже во время этих занятий педагоги говорили с ребятами о вере. Был даже кружок сестер милосердия по уходу за больными в Коломенской больнице. А еще помощь ветеранам и инвалидам. Дети помогали им в ремонте и уборке квартиры, по хозяйству.
И, конечно же, священник приглашал детей и педагогов на службы в храм и в паломнические поездки. В одной из них случилось маленькое чудо. После купания в святом источнике один из ребят вдруг подошел к отцу Александру и признался, что согрешил: украл икону Божией Матери в иконной лавке, куда они зашли перед купанием. «А в источнике окунулся, и, видно, благодать его сердца коснулась, и он не смог в себе грех носить, — смеется батюшка. — Икону мы в лавку вернули, и я ему купил ту, которая ему больше всего понравилась».
«В нашем интернате собраны дети из неблагополучных семей, многие с диагнозом “ограниченная возможность здоровья”, — говорит Людмила Новикова, которая работает воспитателем в Колычевском интернате уже 28 лет. — Это, в частности, задержка в восприятии. Иногда для того, чтобы они что-то уяснили и запомнили, им нужно повторить одно и то же несколько раз, терпеливо разжевывая».

До встречи с отцом Александром у Людмилы Дмитриевны была проблема, которую ей никак не удавалось решить. Дети перестали ориентироваться на идеалы, принимать как примеры для подражания художественные образы в литературе и искусстве. Они соглашались, что нужно быть милосердными, учиться любить, совершать добрые, нравственные поступки. Но в их сознании это никак не связывалось с действительностью. Стоило выйти из класса, и дети обо всем забывали.
Однажды во время прогулки Людмила Дмитриевна вместе с ребятами зашла в храм, который недавно открылся. «Я увидела, сколько у отца Александра любви к нашим детям, как он рад видеть их рядом с собой и заботиться о них, — вспоминает она. — На тот момент я не была воцерковлена. Батюшка предложил мне духовную литературу. Я прочла заповеди Христа и поняла, что это высоконравственный закон, который поможет ребятам не на словах, а на деле усвоить такие понятия, как любовь, доброта, сострадание. Ведь в силу жизненных обстоятельств, особенностей психофизического развития некоторые из них склонны к агрессии, злобе и отрицательные эмоции проявляются намного чаще положительных. Но ребенок не всегда это осознает. Как помочь ему увидеть себя в этот момент со стороны?»
Ключом к решению задачи стало таинство исповеди. «Мы, педагоги, поняли, что регулярная исповедь постепенно приучает к осмыслению и самоанализу своих поступков, помогает подчинять и контролировать свои эмоции, — говорит Людмила Новикова. — Отец Александр также посоветовал мне причащать ребят раз в неделю». 
«Благодаря регулярной исповеди и причастию в детях включается механизм внутренней духовной работы. Пусть они на исповеди хотя бы два-три слова скажут, но зато ребенок понимает, что не все мысли или чувства, которые в нем возникают, правильные и надо их всегда соизмерять с волей Божией», — добавляет батюшка. 
Что же изменилось благодаря советам священника? Дети, которые ходили в храм, стали слышать и слушать своих воспитателей, откликаться на добрые дела, охотно участвовать в спортивных соревнованиях и трудовых мероприятиях, бескорыстно помогать другим. Например, когда отец Александр предложил им помочь сделать ремонт в квартирах престарелых ветеранов из Коломны, ребята с радостью согласились. Батюшка нанял специалиста-отделочника и купил стройматериалы. Дети клеили обои, красили полы, белили потолки и были совершенно счастливы, что оказались нужными.

«Больше всего на воспитание и развитие влияет труд», — уверен отец Александр. Благодаря батюшке каждый по своим склонностям и своему желанию может найти для себя занятие. Для ребят была организована иппотерапия: они сами ухаживали за лошадьми, обучались верховой езде. Кто хотел, помогал ухаживать и за коровами, например заготавливал для них сено. Некоторые даже научились доить. Кроме того, кружок труда — это еще и уборка в храме и вокруг него. Например, я видел, как дети засыпали песком по просьбе батюшки лужу перед храмом. В такой помощи отцу Александру ребята никогда не отказывают. Кроме того, при храме есть кружок звонарей-пономарей. Среди 9–12-летних мальчишек нет отбоя от желающих. 
«Мне кажется очень важным, что православие становится для ребят образом их мыслей и действий. Но главное, к ним приходит понимание, что можно изменить свою жизнь. Что разврат, насилие и пьянство, которые они видели в своих семьях, еще не вся жизнь и что у них есть возможность выбора», — говорит Людмила Дмит­риевна и приводит такой ­пример.

Володя

Когда он появился в Колычевском интернате, никто не знал, что с ним делать. Семилетний Володя (имя изменено) не подчинялся никаким правилам. Чуть что не по-его желанию — с мальчиком начиналась истерика. Внезапные истерики случались и по ночам. На языке специалистов у Володи было неконтролируемое психопатическое поведение. Его мама была алкозависимой. «Поведение Володи стало постепенно меняться, когда мы начали посещать храм. Отец Александр много разговаривал с мальчиком и сумел постепенно завоевать у ребенка авторитет. Володя стал помогать батюшке на службе, читать православные книги, почувствовал, что нужен в храме. У него появилось чувство ответственности», — вспоминает Людмила Дмитриевна. Конечно, у ребенка были срывы. Но внутренняя работа над собой уже началась, и это было видно со стороны. Если сначала после очередного срыва Володе надо было долго объяснять, в чем он неправ, то позже он сам подходил и извинялся. Володя оказался способным ребенком и полюбил службу. Через некоторое время отец Александр стал брать его на архиерейские службы в Успенский кафедральный собор Коломны. Три года назад Володя поступил в лицей, где учится на плотника, а по окончании собирается служить в армии. В выходные он вместе с другими ребятами приезжает к отцу Александру, помогает в церкви и по хозяйству. 
Подобные примеры Людмила Дмитриевна может приводить бесконечно. «Видите этого мальчика, — моя собеседница указывает на симпатичного мальчугана лет десяти. — Тоже сложный ребенок. Если что не по-его, поведение меняется мгновенно. Тут же сжимает кулаки, хватает камни, кидает в обидчика. Два лица у одного человека. Только лаской, только любовью можно его успокоить. Мальчик очень любит батюшку, и, когда встречает его, у него сразу меняется голос и поведение. Он очень радуется общению. Отец Александр для них всех авторитет». 
С улыбкой она вспоминает, как одному из ее воспитанников врач-психотерапевт, неверующий, в качестве лечения неадекватного поведения даже выписал такую рекомендацию: «Ходить в храм к отцу Александру». Ничто другое уже не помогало. Остается добавить, что в классе, с которым начал заниматься отец Александр, все ребята теперь учатся в лицее и готовы к самостоятельной, взрослой жизни. Для справки: по данным Генпрокуратуры РФ, только 10% выпускников интерната находят свое место в жизни, остальные погибают духовно или физически.

Крест как призвание

Жизнь сельского священника — это постоянные заботы о хлебе насущном. Требует расходов хозяйство, семья (у отца Александра четверо детей), содержание подопечных, на выходные приезжают выпускники интерната — всех надо кормить. А с прихода не прокормишься, паства невелика. Из местных в храм ходят всего несколько человек, в основном приезжают из Коломны. Например, городской совет ветеранов организует на праздничные службы целый микроавтобус. Но разве в Коломне нет храмов? Да дело не в этом. «Отец Александр открытый, очень отзывчивый и внимательный человек, — объясняет председатель совета ветеранов Иван Иванович Ивкин, — откликается на все наши просьбы. Если нужно приехать, навестить, никогда не отказывает. Мы его очень любим». 
Имеющееся хозяйство тоже не средство обеспечения продуктами, а скорее способ «привести в чувства» потерявшихся в этой жизни людей, вернуть им будущее.
«Можно найти человека, кто поможет сделать что-то для храма, например помочь в реставрации, купить утварь или колокола, даже школу при храме построить, — размышляет батюшка, — но еще не было ни одного, кто бы сказал — я хочу поддерживать жизнь. Хотя бы оплачивать работу преподавателей в кружках, а ведь это самое важное. С людьми, с детьми надо заниматься. Их нужно привести в Царство Небесное, а ни здания, ни колокола, ни маковки туда не войдут».
Вот, например, сейчас надо к зиме сено заготавливать, нужны рабочие руки, навоз некуда девать, вручную тяжело уже чистить. Отцу Александру однажды порекомендовали благодетеля, которого он попросил купить для прихода трактор. Тот очень удивился и пропал. «Может быть, думал, что его попросят что-то для храма сделать, а я про трактор. Но, слава Богу, разные люди вникают в проблемы, и милостью Божией живем», — смеется батюшка. Он не унывает, зная, если Бог допускает какую-то проблему, то обязательно дает и ее решение. Просто нужно попросить у Бога показать, где это решение. Этот простой рецепт он старается донести до всех окружающих. «Потому что Бог не хочет, чтобы проблема раздавила человека. Он хочет, чтобы она его чему-то научила», — уверен отец Александр.
— А вам не хотелось всё бросить и сбежать?
— Если честно, то нет. Я понимаю, что это мой крест, — отвечает отец Александр.
— Крест или призвание? 
— Крест и есть призвание. Ведь жизненный путь каждого человека — это крест. И силы тянуть всё это мне только Бог дает. Бывает, конечно, уныние подступает, не без этого. Но замечал: когда причащусь, то чувствую, что все трудности преодолею и мне это легко будет сделать. И даже мысли отдать на бойню скот не возникает.
Он вспоминает, как в одной из бесед с отцом Николаем Гурьяновым рассказал старцу об одном своем знакомом, хорошем, честном человеке, который делал много добрых дел. Отец Николай спросил тогда: «А он причащается? Нет? Ну тогда он мученик». «И я понял, что, если делать добро и не причащаться, не обращаться к Богу за помощью, одних твоих сил не хватит. Ведь наши возможности ограниченны. И только Христос дает нам силы неустанно творить добро».

Адрес храма: Московская обл., Коломенский р-н, с. Большое Колычево.
Храм Св. мч. Феодора Стратилата в Большом Колычеве

 

Ключевые слова: социальное служение
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи
В Москве открылся Восточноевропейский международный симпозиум исследователей Нового Завета
В гостинице «Даниловская» 26 сентября начал работу VII Восточноевропейский международный симпозиум исследователей Нового Завета, проходящий под названием «История и богословие в евангельских повествованиях». В организованном при содействии Общецерковной аспирантуры и докторантуры им. св.св. Кирилла и Мефодия форуме участвуют несколько десятков библеистов из России, Сербии, Греции, Румынии, Германии, Финляндии, Великобритании, США. До 30 сентября в его рамках состоятся несколько пленарных заседаний, семинаров и тематических дискуссий. В среду, 28 сентября, открытую лекцию «Неканонические Евангелия: историческое влияние и вклад в богословие» с переводом на русский язык в Российском государственном гуманитарном университете (РГГУ) прочитает профессор Нового Завета Университета Регенсбург (Германия) Тобиас Никлас.  
27 сентября 2016 г. 02:30