iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Статьи на тему
Аналитика
18 июня 2006 г. 15:20
версия для печати версия для печати

Слово протоиерея Владислава Свешникова на пастырском семинаре: «Подготовка ко Святому Причащению: историческая практика и современные подходы к решению вопроса».

Пастырский семинар: «Подготовка ко Святому Причащению:
историческая практика и современные подходы к решению вопроса».

Протоиерей Владислав Свешников,
настоятель храма Трех Святителей на Кулишках

     Поскольку почти все, что мне представлялось необходимым сказать, уже сказано - оказалось все более менее одинаково представляют практику и ее соотношение с желательными нормами - я сделаю только несколько замечаний. 

     Во-первых, я хочу выразить то же самое ощущение счастья, что и о. Дмитрий Смирнов, по поводу того, что наконец-то хоть в какой-то степени в нашей церковной жизни появился дискуссионный элемент. Он почти отсутствовал, потому что даже замечательные пастырские совещания, которые проводились в нашем тогда еще институте, как-то прекратились, да они почти и не были дискуссионными. А между тем в нашей церковной и даже литургической жизни есть моменты требующие дискуссии, но ставшие между тем недискуссионными. Например, все учившиеся священники знают, что в литургии св. Василия Великого "...преложив Духом Твоим Святым" совершенно абсурдно, неуместно. Все знают, что слова "елицы яко просвещении изыдите" и потом "приступите иже ко просвещению" - нелепы. И в конце концов то, что патриарх Никон делал перевод литургии с Венецианского служебника, откуда у нас так и осталось на века "милость мира", в то время к во всех греческих служебниках: "милость, мир". Подобные вещи обязательно должны быть дискуссионными, потому что в результате краткой дискуссии, может быть между литургистами, это просто должно немедленно исправляться. 

     Но есть вещи действительно дискуссионные и в этом отношении довольно правильно, что существует множественность мнений священников. Правильно в том случае, когда эта множественность суждений рождает множественность практик тех, кто подходит к причастию, к покаянию и вообще ко всем формам духовной жизни. Если же эта множественность отражает только множественность психологических типов, то толка от нее нет, и более того, она является вредной. Поэтому, хотя и невозможно предложить общую регламентацию раз и навсегда, но если наш семинар и его развитие будет достаточно авторитетным, то какие-то основные очертания, обрисовывающие возможную регламентацию хотя бы основных типов и форм, могли бы быть предложены. 

     И наконец, последнее, что я хотел бы сказать уже ближе к тематике, предложенной нам сегодня. Во-первых, что касается традиций самых разных, в том числе традиций литургических. Я помню, что когда я начинал служить в Торжке, там на покое был один старенький священник, и однажды во время беседы с ним я сказал: "Отец Павел, вот тут в Торжке на Пасхальной седмице крестные ходы принято совершать после вечерней службы, а после Литургии - нет. Может быть, мы, следуя общей практике, заменим?" И он ответил: "Да ты что! Съедят, тут же съедят". Я тогда с горечью подумал: "А что, если в Символе веры мы станем читать "От Отца и Сына исходящего"? Никто даже и не поморщится, разве что в первый день, а потом привыкнут". И тем более никто не поморщится, если я скажу, что надо говорить не "единосущный", а "подобосущный", спокойно примут. Вот так обстоит дело с нашими традициями, а традиции отражают некоторый разброд в понимании и переживании благочестия, в том числе и литургического благочестия. Я читаю маленький курс литургики на наших регентских курсах. И оказывается, что к началу занятий люди, пришедшие не совсем с улицы, а из храмов, не знают существа литургической жизни и более того - литургического содержания в его точных богословских формулировках и просто литургического контекста. Немного прибавляется и после лекций, по той простой причине, что оказывается достаточным иметь то, что можно назвать "благочестивым ощущением". И с этим благочестивым ощущением самого общего, довольно сентиментального порядка, простоять всю Литургию и всю свою жизнь. Причем это благочестие совсем не имеет смысла, вызванного точным смыслом содержания того, что происходит. 

     Даже в нашем сегодняшнем разговоре у большинства выступающих происходила некоторая путаница или подмена, что в принципе является самым обычным делом в современной православной жизни, подмена двух понятий, действительно тесно связанных друг с другом, но не взаимозаменяемых - это исповедь и покаяние. И тут самый большой простор для подмен заключается в том, что можно назвать исповедью. Правда большей частью эти подмены бывают двух типов: первый тип - психологическое эссе вместо исповеди, и второй тип - исповедь по перечню, любому - краткому или долгому - исповедь законнического типа и подхода. В то время как то, что можно назвать покаянным переживанием жизни, при котором Таинство покаяния есть выражение тайны покаяния и совершается иногда, а тайна эта либо живет, либо не живет с нами, вот это, пожалуй, можно встретить не часто.

 

18 июня 2006 г. 15:20
Ключевые слова: богословие, исповедь
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи
Одним миром
Иван-чай пахнет недлинным русским летом, низким небом, луговым разноцветьем на дороге от Ростова Великого к Угличу. В терпком его вкусе — десятки поколений живших и кормившихся от родной земли хлебопашцев, сотни исхоженных нищими босоногими странниками верст и напутственная спозаранку материнская молитва. Есть в нем и добросовестный труд безымянных паломников — неутомимых крестоходцев, кропотливо собирающих соцветия кипрея ежегодно в конце июля. И еще этот маленький пакетик плотной бумаги несет имя великого святого подвижника Церкви Русской. К преподобному Иринарху Затворнику корреспондент «Журнала Московской Патриархии» отправился в юбилейный год: угодник Божий окончил земной путь ровно четыре века назад — 13/26 н.ст. января 1616 года. Вернулся же из Ростовского Борисо-Глебского, что на Устье, монастыря я со знаменитым местным иван-чаем... Но не только с ним.
24 июля 2017 г. 16:00