iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Статьи на тему
Мостик к Святой Земле
Архимандрит Антонин Капустин родился в 1817 году в селе Батурине Курганской области. Здесь его крестили в еще деревянном храме, построенном отцом и дедом. Но послужить в родном селе отцу Антонину не довелось — его ждала иная судьба. В безбожное время уже каменный храм в честь Преображения Господня разделил судьбу тысяч других русских храмов, но чудом уцелел. На фоне приземистых изб и домиков сегодня он выглядит израненным исполином, который выжил в смертельной схватке и бредет сквозь бескрайние просторы Курганской земли. Жива ли память об архимандрите Антонине среди его земляков, что они делают для ее возрождения и увековечивания, каково будущее батуринского храма и как память об отце Антонине может способствовать просвещению в православной вере, выяснял корреспондент ЖМП. Мостик к Святой земле Алексей Реутский Архимандрит Антонин (Капустин) родился в 1817 году в селе Батурине Курганской области. Здесь его крестили в еще деревянном храме, построенном отцом и дедом. Но послужить в родном селе отцу Антонину не довелось — его ждала иная судьба. В безбожное время уже каменный храм в честь Преображения Господня разделил судьбу тысяч других русских храмов, но чудом уцелел. На фоне приземистых изб и домиков сегодня он выглядит израненным исполином, который выжил в смертельной схватке и бредет сквозь бескрайние просторы Курганской земли. Жива ли память об архимандрите Антонине среди его земляков, что они делают для ее возрождения и увековечивания, каково будущее батуринского храма и как память об отце Антонине может способствовать проповеди православной веры, выяснял корреспондент «Журнала Московской Патриархии». — Здравствуйте! Вы что-нибудь слышали об Антонине Капустине? — спрашиваю редких прохожих на площади у сельского магазина в Батурине.  — Слышали, — улыбается в ответ женщина средних лет. — В школе у моей дочери проводили уроки, посвященные его памяти, и приглашали родителей. Еще в газете местной о нем читала. Нам рассказали, что он покупал в Палестине участки земли и строил там гостиницы для русских паломников, школы и больницы для местных жителей. — А кто у вас в селе храм построил, не подскажете? На помощь замявшейся односельчанке приходят двое немолодых мужчин: — Этот храм его отец построил. А он потом в Израиль уехал и там построил три храма! Возведенный в 1835 году каменный храм в Батурине служил веру­ющим до 1931 года и был закрыт вопреки их воле по решению поселкового совета. Затем был банком, дизельной станцией, типографией и даже парашютной вышкой — колокольня-то высотой в 50 м. Тонны мусора, свисающие с купола веревки юных скалолазов, оставивших на стенах автографы, протекающая крыша и огромный проем в северной стене для парковки сельхозтехники — таким его запомнила Александра Егоровна Кузнецова, когда в 2000 году вместе с другими женщинами она решила заняться восстановлением святыни и стала одной из первых прихожанок храма.  10 бабушек и храм  «Мы первую уборку в июне 2000 года провели, — рассказывает Кузнецова. — Раньше все у кого-то дома на молитву собирались, а потом я предложила: матушки, что же мы всё по углам молимся, у нас вон какой храм в селе стоит!» Повесили у магазина объявление, народ пришел на субботники. Поначалу людей было много — вырубили вокруг бурьян, вывезли из нижнего храма несколько грузовиков мусора. А дальше наступили времена подвижничества: не нашлось в селе охотников таскать в храм тяжелые доски для пола и заделывать блоками проем в стене. Приход наш — 10 пенсионерок, а работать могли только я и Валентина Панькова. Окна мы пленкой закрыли, рам не было. Печку сложили, на ней и готовили. Дочь мне провод купила, а электрикам за проводку света 400 рублей отдали, куда деваться? Я хоть и пенсию 2700 рублей получала, да ведь в темноте молиться не будешь, — вспоминает Александра Егоровна. — На нее и гвозди покупала — так и восстанавливали».  Через год в Преображенский храм назначили первого настоятеля, священника Сергия Кривых (с мая 2017 года он второй священник, а настоятель храма — протоиерей Владимир Тарасов). Немногочисленные прихожане воспряли духом. Благодаря усилиям отца Сергия, его семьи, друзей, прихожан и благодетелей заказали и вставили окна, сделали лестницу на второй этаж и очистили его от мусора, провели паровое отопление, заменили крышу. Когда меняли купола, из отверстий (видимо, пулевых, вмятины от пуль сохранились и на купольных крестах) вылетели пчелы. «Первое время за дверями храма ничего нельзя было оставить: ни тележку, ни лопату, народ по дворам всё тащил, — грустно улыбается Ирина, матушка отца Сергия. — Стройматериалы хранили в храме, под замком! Ведь прежде храм для батуринцев был источником стройматериалов. Например, у одной бабушки в сарае окно из храма было вставлено. Однажды во время службы, кто-то в храм вбежал и кричит: “Батюшка, народ песок растаскивает!” Нам накануне машину песка пожертвовали. Отец Сергий сначала увещевал людей, а потом просто огородил территорию. Столько возмущения у народа было, но воровство прекратилось».  Матушка приглашает в храм: в притворе и на втором этаже, куда ведет прочная лестница, штукатурка почти не сохранилась, на нас обреченно смотрит голая кирпичная кладка. На память приходят слова депутата Курганской областной думы, председателя Курганского отделения ИППО Александра Брюханова: «Нам бы только тендер выиграть на внутреннюю отделку, привести всё в порядок, и можно включать Батурино в местный паломнический маршрут: Большие кресты — Чимеево — Далматово». Сейчас нижний придел храма, освященный в честь Казанский иконы Божией Матери, уже готов к богослужениям. Небольшой, с выбеленными стенами, скромным иконостасом и невысокими потолками, он кажется по-домашнему уютным и теплым. 25 августа (в день рождения архимандрита Антонина) Святейший Патриарх Кирилл посетит этот храм и откроет мраморный бюст создателю Русской Палестины, который уже установлен рядом в яблоневом саду.  Прихожане рассказывают, что каждый, кому дорого имя архимандрита Антонина, в меру своих сил потрудился для храма на его ­малой ­родине. ­Одни участвовали своим трудом (например, прихожане Никольского храма и студенты политехнического колледжа города Шадринска), другие посильной жертвой. В 2007 году игумения Горненского монастыря в Иерусалиме Елисавета передала Преображенскому храму частицы мощей преподобномучениц Варвары и Елисаветы. А уроженец Батурина Владимир Симаков решил все юридические земельные вопросы и объединил неравнодушных людей вокруг благотворительного фонда «Батуринская святыня», благодаря которому колокольню обнесли деревянными лесами, подготовив ее тем самым к реставрации. В августе в Батурине должны закончиться последние приготовления к торжествам. Отремонтирована дорога к селу, рядом с храмом постро­ена автостоянка, из государственного бюджета поступили средства на реставрацию фасада храма и определен подрядчик. Выложена площадка, на которой установят бюст собирателю Русской Палестины. Кто такой  Антонин (Капустин)? 2017 год губернатор Курганской области Алексей Кокорин объявил годом Антонина (Капустина), дав старт масштабной информационно-просветительской кампании. На местном ТВ и по радио выходят передачи, районные и областные газеты публикуют тематические подборки, в музеях проходят выставки, посвященные отцу Антонину, на улицах Шадринска (районный центр) и Кургана установлены билборды с его портретом. Есть ли эффект? Мой опрос на улицах Шадринска показал, что многие горожане знают об отце Антонине, хотя не запомнили детали его биографии. «Поверьте, два года назад ни в Батурине, ни в Шадринске, ни в Кургане никто не мог ответить на вопрос, кто такой архимандрит Антонин (Капустин), — говорит митрополит Курганский и Белозерский Иосиф, — хотя материала о нем много и этот материал интересный. Например, есть две книги — митрополита Никодима (Ротова) и архимандрита Киприана (Керна)1, посвященные отцу Антонину. Издаются его дневники. Например, Далматовский монастырь подготовил к изданию дневники, охватывающие период от детства до перевода в Киевскую академию. Телеканал “Союз” снял о нем два фильма. А если вы приедете на Святую землю и экскурсовод поведет вас по святым местам, будет постоянно звучать имя архимандрита Антонина. Кого еще из начальников Русской духовной миссии там вспоминают? Кто из них оставил о себе память? И не зря ему усвоили имя — создатель Русской Палестины. Взять, например, Иерихон. Это один из самых древних на земле городов. Во времена архимандрита Антонина там было несколько мазанок. А он приобрел там участок, построил первое каменное здание. Его примеру последовали другие, и с этого началось возрождение Иерихона, который сегодня вполне современный город». Эти и многие другие подробности звучат в выступлениях митрополита Иосифа и епископа Шадринского и Далматовского Владимира, духовенства митрополии на многочисленных встречах со школьниками, студентами, педагогами, ветеранами и всеми, кому в Зауралье интересна история и культура России.  Популяризация имени архимандрита Антонина — первая задача, которую поставил перед духовенством митрополит Иосиф. А вторая — возрождение памятных мест, связанных с его именем. Например, администрация Шадринского района планирует открыть в Батурине музей, посвященный памяти создателя Русской Палестины, который вызовет интерес у паломников и туристов. «Если говорить о человеке, не имея наглядных предметов, связанных с его жизнью или свидетельствами эпохи, это и скучно и не запоминается. Нужна экспозиция. К счастью, экспонатов XIX век оставил нам немало. Это и предметы, связанные с паломничеством, и с церковным бытом, и со служением. Сохранилось много фотографий и документов. Всё это можно собрать для музея», — продолжает архиерей.  Главный редактор регионального журнала «Мое Зауралье» Валерий Мурзин видит создание музея в Батурине в связке с развитием Шадринского района в целом. По его мнению, имя архимандрита Антонина (Капустина) стоит первым в ряду его знаменитых земляков — скульптура Ивана Шадра, крестьянина-новатора Терентия Мальцева и собирателя русских народных сказок Александра Зырянова («Царевна-лягушка»). Благодаря этим именам в Шадринский район можно привлечь как паломников, так и туристов, что создаст дополнительные рабочие места в сфере услуг.  «Музей должен быть некой информационной альтернативой Святой земле, чтобы каждый посетитель мог узнать, почему архимандрит Антонин треть жизни провел в Палестине, заботясь о русских паломниках, как выглядели паломники в XIX веке и как выглядят сейчас. Это нужно совместить с рассказом о православии: почему Россия приняла именно восточное христианство, — говорит Валерий. — Интерактивный экран — уже ничем не заменимая составляющая современного музея. На нем можно полистать редкие документы, посмотреть документальные фильмы, провести интерактивные викторины по примеру выставок “Русь Православная”. Всё это привлечет школьников и молодежь». Ведь говорить с молодежью о православии нужно на понятном для неё языке, считает Валерий. Только в этом случае рассказ о православных святынях Палестины, отце Антонине и его подвиге будет понятен каждому, кто приедет в Батурино, а сам отец Антонин станет примером для подражания. Если же еще сделать и виртуальную экскурсию по музею и храму, то о Батурине узнают миллионы людей по всей России и тоже захотят сюда приехать, уверен журналист.  Но нужен ли еще один музей, если в Далматовском Успенском монастыре (70 км от Батурина) тоже есть музей, один из залов которого посвящен отцу Антонину? Митрополит Иосиф считает, что нужен, потому что это оправдано логически: «Где еще быть музею, как не в месте рождения отца Антонина, и где будет собрана вся доступная о нем информация?»  Прославлять  или не прославлять Далматовский монастырь, как цветок на возвышенности, украшает весь уездный городок. Его белоснежная стена и розовый Скорбященский храм видны с любой точки Далматова. За широкими стенами, скрывающими цветущие яблони, в 1816 году открылось духовное училище, в которое в 1825 году поступил Андрей Капустин. Здесь он изучал латинский язык, географию, арифметику и катехизис, а перед смертью передал обители свой наперсный крест. Прервавшись в 1923 году, монастырская жизнь возобновилась спустя 69 лет.  Наместник Далматовской обители игумен Варнава (Аверьянов) встречает нас у святых ворот. В монастырском музее2 помимо залов, посвященных жизни в царской России и Зауральским новомученикам, устроена экспозиция об отце Антонине. В витринах — предметы, характеризующие различные периоды жизни архимандрита Антонина, начиная от детских лет в родном Шадринском уезде, учебы в училище и семинарии и заканчивая Святой землей.  «В музее отсутствуют, по понятным причинам, личные вещи отца Антонина,— говорит отец Варнава. — Но мы постарались представить эпоху, к которой принадлежал отец Антонин». В частности, здесь представлены прижизненные издания его работ, паломнические реликвии со Святой земли и Святой Афонской горы, предметы, характеризующие его увлечения (астрономия, фотография) и т.п. Для экспонирования подбирались почти исключительно оригинальные предметы: фотографии и стереофотографии, литографии, открытки, письма и почтовые карточки, географические карты и планы, печатные издания (книги, журналы, брошюры, альбомы), документы, церковная утварь (кресты напрестольные, требные и нательные, образки, иконы и иные паломнические реликвии) и т.д. Игумен Варнава в настоящее время занимается подготовкой магистерской диссертации на тему «Духовный облик архимандрита Антонина (Капустина)» в Санкт-Петербургской духовной академии и скрупулезно изучает дневники архимандрита. Работа над этой темой дала ему возможность познакомиться с немногочисленными исследователями наследия отца Антонина, которых в прошлом году радушно принимал Далматовский монастырь. Обитель выступила организатором всероссийской научной конференции (12–13 мая 2016 года), посвященной 200-летнему юбилею Далматовского духовного училища и предстоящему юбилею отца Антонина (Капустина)3. Известно, что отец Антонин был очень разносторонней личностью. Но что в нем запоминается особенно, когда знакомишься с его дневниками? Прежде всего это глубокая церковность, считает отец Варнава, причем в широком смысле слова: за всеми его действиями и поступками всегда скрывается глубокий религиозный смысл. «И самое поразительное, церковность его была не показной, не елейной, не навязчивой. Иногда даже, наоборот, с элементом самоиронии и какого-то юродства. Этим он, наверное, спасался от окружающего формализма, зависти, непонимания, даже явной клеветы, — говорит отец Варнава. — В его биографии есть скорбные страницы, когда он терпел незаслуженный позор и поношение от лжебратии — в Афинах (­клеветнические письма, напечатанные в “Колоколе” А. Герцена) и Иерусалиме (роман-памфлет “Пейс-паша”). При этом сам он проявлял милосердие и сострадание даже к своим недругам, ценил искренность и прямодушие».  Потеряв еще в годы учебы в семинарии и академии самых близких своих друзей (имена их он часто упоминает в дневнике с сердечной теплотой — Афанасий, Егорушко, Алешинька), отец Антонин впоследствии брал на воспитание и попечение юных семинаристов (Андрея Фоменко, Петра Нищинского, Димитрия Мангеля), которые большей частью платили ему обидами и черной неблагодарностью. Однако, несмотря на всё это, отец Антонин до конца своих дней не утратил детской жизнерадостности. Именно этой радостью от созерцания чудного творения Божия можно объяснить, казалось бы, «не монашеские» увлечения его астрономией, фотографией, живописью, игрой на гуслях и т.д. В этом же ряду можно поставить и интерес к историческим наукам (палеографии, археологии, нумизматике и др.).  Возможно ли прославление архимандрита Антонина (Капустина)? Отец Варнава, председатель Комиссии по канонизации святых Курганской митрополии, считает, что это время еще не пришло: «Безусловно, архимандрита Антонина можно с полным правом назвать подвижником благочестия. Сам круг общения — его наставники, друзья, сослуживцы, ученики — говорит сам за себя: святители Филарет Киевский и Филарет Московский, Феофан Затворник Вышенский, Иннокентий Херсонский, преподобный Парфений Киевский. И это лишь некоторые. Несмотря на различную клевету, личная жизнь его как монаха и священнослужителя была безукоризненной».  Отца Антонина иногда упрекают в том, что он посещал молитвенные собрания инославных (католиков, протестантов, армян, коптов) и даже иноверцев (иудеев). Но отец Варнава уверен, что отцу Антонину это не могло нанести вреда, потому что православная вера определяла всю его жизнь. Но как тогда быть с тем, что отец Антонин приобретал участки с христианскими святынями (например, с Мамврийским дубом) часто вопреки благословению Синода? Более того, Синод даже издал указ4, запрещающий ему покупать эти участки на Святой земле. Но очевидно, что в исторической перспективе архимандрит Антонин оказался прав. «Следует помнить в этом случае, что церковное послушание не тождественно армейской дисциплине, а ставит во главу угла истину, — поясняет отец Варнава. — И в духовном облике отца Антонина есть многое, чему мы можем поучиться и чему должны подражать, если желаем стать настоящими христианами. Однако для прославления, как мы понимаем, всего этого недостаточно. Нужна воля Божия, знамение того, что отец Антонин угодил Богу. Как правило, таковыми знамениями служат чудеса, совершающиеся через посредство подвижника благочестия. Это с одной стороны. А с другой — требуется почитание церковным народом. Можем ли мы сегодня сказать, что имеется то и другое?» Фото автора Примечания 1 Киприан (Керн), архим. Отец Антонин Капустин — архимандрит и начальник Русской духовной миссии в Иерусалиме (1817–1894). Гл. 8: Иерусалимские годы (1865–1894). URL: http://palomnic.org/rdm/k/10/ (дата обращения: 27.07.2017). Никодим (Ротов), архим. История Русской духовной миссии в Иерусалиме. Гл. 3: Архимандрит Антонин (Капустин) и Русская духовная миссия под его управлением. URL: http://www.rusdm.ru/history.php?item=12 (дата обращения: 27.07.2017). 2 URL: dalmate.ru/muzej.html (дата обращения: 27.07.2017). 3 Cм.: URL: agioi-zaural.ru/images/Issledovanij/2016.pdf (дата обращения: 27.07.2017). 4 Указ № 2596 от 21 декабря 1872 г. (Архив РДМ. Дело № 1700). Может ли возрождение памяти об отце Антонине привести современного человека к вере?  Иосиф, митрополит Курганский и Белозерский Сегодня Святая земля привлекает не только паломников, но и тысячи российских туристов, среди которых много и невоцерковленных людей. Они знакомятся не только со святынями, но и с именем архимандрита Антонина, искренне удивляясь тому, что создали там русские. Мы говорим о нем — создатель Русской Палестины. Но без отца Антонина ее не было и могло вообще не быть. Эта идея пришла только ему, и он ее воплотил. И у людей невольно возникает вопрос: кто он, что это за человек? Действительно, можно ли представить себе сегодня Елеон без «Русской Свечи», храма Марии Магдалины или селение Айн-Карем без Русского Горненского монастыря? Убери из Палестины эти русские места, и у наших соотечественников будет совсем другое восприятие Святой земли, она станет чужой. А так это — Русская Палестина, в ее храмах звучит молитва на родном языке, там наши соотечественники совершают свое служение и молятся о русском народе, о нашей стране, о нашем Отечестве. И близкие сердцу христианские святыни воспринимаются по-другому. И не секрет, что, посещая Святую землю, очень многие более близко воспринимают христианство — как что-то родное, важное для их души. Отцу Антонину удалось создать такой миссионерский инструмент, который работал, работает и будет работать, открывая красоту православия и привлекая к вере очень многих. А непосредственно Батурино может стать мостиком, который соединит людей со Святой землей. Протоиерей Владимир Тарасов, настоятель храма Архимандрит Антонин мне очень симпатичен как человек. Таких людей нельзя предавать забвению. Нам нужно постараться, чтобы о нем узнало как можно больше его земляков. И если люди приедут сюда, задача сделать так, чтобы наш рассказ пробудил в них желание больше о нем узнать.  Важно научиться интересно рассказывать об отце Антонине, тогда люди начнут вникать в историю его жизни, постепенно заинтересуются бытом той эпохи, верой отца Антонина. Значение может иметь даже то, что здесь 100 лет на одном и том же приходе служили его прадед, дед и отец, ведь в 1865 г. отмечали 100-летие рода Капустиных и основание прихода. И тогда, быть может, в них постепенно пробудится интерес к истории и к православной вере, и возникнет потребность по-другому увидеть и устроить свою жизнь, чтобы в ней стало больше радости и больше творчества. Игумен Варнава (Аверьянов), наместник Далматовского монастыря Отец Антонин почти три десятилетия трудился для того, чтобы русские люди могли не просто посетить Святую землю, но почувствовать себя там как дома. Для этого он обустраивал купленные с большим трудом (из-за непонимания со стороны недальновидного начальства, конкуренции инославных, особенностей законодательства Османской империи и др. причин) участки с любовью и заботой, как будто это был его родной дом. Так появлялись на Святой земле островки Святой Руси. Любовь и благоговение к Святой земле и находящимся там святыням отец Антонин пытался привить и русским паломникам. Казалось бы, разве может случиться так, что у православных паломников отсутствует благоговение и любовь к святыням? Оказывается, может. Как Церковь состоит не из одних святых, но и из грешников, лишь стремящихся к спасению, так и на Святую землю попадали самые разные люди. Нередко они несли в себе худшие привычки русского человека. Архимандрит Антонин не забывал обличать, увещевать, наставлять, чтобы имя русского человека стало на православном Востоке синонимом истового благочестия, а не «притчей во языцех». Поэтому благодаря отцу Антонину паломники из России не чужие на Святой земле, и Святая земля для многих из них не чужое место. Для популяризации его памяти по большому счету нужно возрождение веры, что невозможно без Святой земли, без живых примеров конкретных людей. Отец Антонин как раз один из таких идеалов, показывающий своей жизнью, как человек может совместить разные интересы — и научные, и практические — с настоящей верой. Он — образ православного человека. Но, с другой стороны, пример отца Антонина может быть действенным только для тех, кто сможет и захочет увидеть в нем что-то родное и близкое.  Поэтому необходимо говорить, напоминать, рассказывать, действовать по-евангельски: надо сеять, а как семя взойдет — не нам решать. Надо проводить конференции и выпускать книги, статьи, фильмы. Но не нужно ждать, что статья выйдет и вера вдруг расцветет. Может, одного она коснется, а другого и нет. Надо относиться к этому со смиренномудрием и понимать, что у каждого человека свой путь к Богу и о каждом человеке у Бога Свой замысел. Отец Антонин, безусловно, вполне заслуживает того, чтобы о нем знали. А то получается как по поговорке: умного никто не знает, а дурака— вся деревня. Но ведь должно быть наоборот.
24 августа 2017 г. 10:30
Церковь
ЦВ № 12 (385) июнь 2008 /  27 июня 2008 г.
версия для печати версия для печати

«Обновленческий» раскол и литургические реформы

В церковных дискуссиях последних лет нередко можно услышать утверждения, что обновленческий раскол, организованный большевиками, ставил своей целью провести коренные реформы в православном богослужении и, в частности, отказаться от использования церковнославянского языка. Соответствуют ли эти утверждения исторической правде? Насколько уместно в связи с этим использовать термины «обновленчество» и «неообновленчество» применительно к вопросам литургических реформ?

В мае 1922 года группа «прогрессивного» духовенства образовала так называемое Высшее церковное управление, пришедшее к власти в результате церковного переворота, учиненного большевиками. Первой и главной группировкой в расколе стала «Живая церковь». Ее учредительный съезд состоялся 29 мая 1922 года. В заявленной программе предлагалось провести широкий круг реформ и по возможности возродить в Церкви чистоту Апостольского века.

В богослужебных вопросах «Живая церковь» предлагала пересмотреть церковную литургику с целью устранения из нее тех наслоений, которые были внесены пережитым периодом «союза Церкви и государства», и «создать условия для свободы пастырского творчества в области богослужения, но без изменения чинопоследований Таинств». Некоторые частные инициативы членов группы нашли отражение на страницах одноименного журнала группы. Так, например, с призывом к пересмотру богослужения выступал протоиерей А.И. Введенский, видевший смысл литургической реформы в возвышении значения Таинства Евхаристии, а именно, во введении более частого причащения мирян. В журнале высказывались мнения о необходимости служения с открытыми Царскими вратами, о русификации богослужебных текстов, чтении вслух тайных молитв на Литургии и т.д.

В августе 1922 года состоялся Всероссийский съезд «Живой церкви», на котором предлагалось ввести второбрачие духовенства, женатый епископат и осудить контрреволюционную политику патриарха Тихона. При этом богослужебные вопросы прямо не рассматривалось. Августовский съезд фактически расколол ряды «прогрессивного» духовенства, и очень скоро в среде «обновленцев» возникли еще две группы — «Союз церковного возрождения» (СЦВ) во главе с епископом Антонином (Грановским) и «Союз общин Древле-Апостольской Церкви» (СОДАЦ) во главе с группой священников, важное место среди которых занимали протоиереи А.Введенский и А.Боярский.

Все три «обновленческие» группы начали борьбу за власть в Высшем церковном управлении, прибегая при этом к помощи ГПУ, которое с самого начала раскола фактически дирижировало всеми его лидерами. Но возникшие группы разделяло также видение дальнейшего пути развития Российской Православной Церкви, и в частности, вопросы о необходимости тех или иных реформ.

Последовательным сторонником литургических реформ был только «Союз церковного возрождения» во главе с епископом Антонином, являвшимся руководителем Высшего церковного управления в сане «митрополита». Группа епископа Антонина подвергла ревизии православное богослужение, и на определенном этапе в храме СЦВ из алтаря был вынесен даже Св. Престол.

Надо отметить, что эти новшества не признавались «Живой церковью», руководитель которой, протоиерей В.Красницкий, выступал главным образом с лозунгами социальных преобразований в Церкви, чтобы приспособить ее к условиям советской действительности. СОДАЦ также был против экспериментов епископа Антонина, но не исключал преобразований в литургической сфере.

Важнейшей же целью главных организаторов раскола — большевиков — были отнюдь не преобразования в Церкви, но разделения в ней и «осуждение контрреволюции». Для этого партийное руководство и ГПУ дало указание созвать Всероссийский Поместный Собор, на котором было необходимо осудить патриарха, признать советскую власть и провести такие реформы, которые навсегда вбили бы кол между «обновленцами» и сторонниками Патриаршей Церкви.

Понимая, что обсуждение на «соборе» общей программы реформ может привести к срыву его работы, большевистское руководство решило санкционировать только послабления в области брачного права (второбрачие клириков и женатый епископат) и введение нового стиля. В целях борьбы с контрреволюцией было допущено реформирование монашества и пересмотр вопроса о мощах, осквернение которых в первые годы советской власти шло по всей стране.

«Собор» был созван в мае 1923 года. В повестке дня этого «реформаторского форума» вопрос о литургической реформе даже не стоял. Осудив патриарха Тихона и контрреволюцию и признав советскую власть, «соборяне» осуществили только «разрешенные» реформы: введение женатого епископата, второбрачие духовенства, введение нового стиля, упразднение патриаршества, а также церковно-административную реформу, направленную на усиление соборности Церкви. После закрытия «собора» начался резкий отход от обновленцев значительной части клира и епископата и рядовых мирян. «Единство» прогрессивного духовенства, насильно поддерживаемое ГПУ в предсоборный период, лопнуло как мыльный пузырь. После собора 1923 года от обновленцев отошел епископ Антонин, а затем и В.Красницкий, с уходом которого закончился краткий период господства в обновленчестве «Живой церкви».

Созданный 8 августа 1923 года «обновленческий Священный Синод» упразднил все группировки и заявил, что все реформаторские инициативы, выдвинутые в период существования этих обновленческих групп, были не более чем выражением частного мнения их участников, за которые Синод ответственности нести не может. Более того, Синод отмежевался от постановлений Высшего церковного управления, «сняв с себя всякую ответственность за его распоряжения».

По словам историка обновленчества А.Левитина, с образованием Синода в истории раскола и началась эпоха «полного вырождения обновленческой идеи». Члены Синода и обновленческое руководство на местах стремились прежде всего к сотрудничеству с советской властью. Вопрос о новом стиле вскоре отпал сам собой, так как церковные массы не поддержали его. Среди обновленцев окончательно сформировались две неравные группы — «левацки настроенная», стоящая за сохранение реформ «собора» 1923 года (в основном в нее входили представители женатого епископата и их сторонники), и более консервативная группа, считавшая, что реформы были проведены преждевременно и главный смысл обновленчества состоит в поисках согласия с властью.

Вопрос о богослужебной реформе был снова поднят обновленцами летом 1924 года, в связи с проведением так называемого «Предсоборного совещания» в рамках подготовки к «Вселенскому Собору». В резолюции по докладу обновленческого архиепископа Димитрия о богослужебной практике говорилось, что перевод богослужения на русский язык может быть осуществлен в результате централизованной работы всех обновленческих сил под руководством Св. Синода. С этой целью предполагалось создать комиссию для руководства трудами по упрощению и исправлению богослужебных текстов. Предполагалось допустить чтение на русском языке паремий, Евангелия, Апостола, пение некоторых стихир и канонов, но только в переводах, одобренных Синодом, и только в тех местах, где об этом просили миряне. Допускалось вводить частично служение Литургии на русском языке, но только в одобренной Синодом редакции. Синод требовал от местной епархиальной власти регулировать вопросы о всяких богослужебных новшествах, оставляя изменение богослужебных чинов в компетенции Поместного Собора. Все резолюции совещания были разосланы на места в качестве циркуляров, предназначенных для неуклонного исполнения.

Перед вторым (и последним) обновленческим Поместным собором, состоявшемся в 1925 году, после смерти патриарха Тихона, обновленцы предприняли попытку систематизировать программу церковных реформ. Складывалась парадоксальная ситуация: для большинства раскольников становилось все менее ясным, в чем именно заключается различие между староцерковниками и обновленцами, кроме послаблений в области брачного права.

В разделе о богослужении «Программа церковных обновленцев» содержала предельно аккуратные формулировки и предполагала оставить богослужение, веками созданное, «в своих основных формах неизменным», хотя и признавала, что «это не исключает возможности его дальнейшего развития сообразно с потребностями времени и нуждами верующих». Ленинградская группа, представлявшая собой идейное ядро обновленцев, составила свое толкование к программе церковных обновлений. В вопросе о богослужении ленинградцы указывали, что церковная масса все больше отдаляется от сознательного и живого участия в богослужении, что церковнославянский язык становится малопонятным, и необходимо принять меры к тому, чтобы вернуть богослужению его жизненность через русификацию и устранение непонятных слов.

При этом авторы пояснений к программе подчеркивали, что они «не настаивают на введении каких-либо изменений в богослужебной практике прежде, чем в сознании верующих не укоренится осознание благотворности этих перемен». Более того, если верующие не признают необходимость каких-либо изменений в богослужебной сфере, обновленцы вполне допускают сохранение старой богослужебной практики.

1 октября 1925 года в Храме Христа Спасителя открылся второй обновленческий «собор». Все стремления к миру с представителями староцерковников были разбиты в прах. Кроме того, в докладах говорилось о необходимости более осмотрительного отношения к реформам, в том числе и к слишком «выпяченным» брачным послаблениям, так как они «неприемлемы для значительной церковной массы». Что касается богослужения, то на «соборе» 1925 года впервые заговорили о неуместности литургической реформы. В своих возражениях ленинградскому протоиерею А.Боярскому идеолог обновленчества А.И. Введенский категорически высказался против богослужения на русском языке, которое «не дает народу духовного удовлетворения». Введенский говорил о сохранении внешней обрядности, поэзии языка и резко критиковал епископа Антонина, упрекая его в сектантстве, и протоиерея В.Красницкого с его «Живой церковью», как носителей «церковного фашизма». С возражениями Введенскому выступили протоиереи А.Эндека и В.Адаменко, но спор о литургической реформе так и не получил какого-либо завершения.

После собора 1925 года, по словам историка А.Левитина, окончательно завершился «романтический» период «бури и натиска» в обновленческом расколе, и начался канцелярски-бюрократический период, представляющий собой «синтез дореволюционной духовной консистории и провинциального исполкома».

Вопрос о литургической реформе и переводе богослужения на русский язык после собора 1925 года поднимался, главным образом, в связи с запросами с мест со стороны приходов, желавших перейти на богослужение на русском языке. Размышления по этому поводу печатались в центральном органе обновленцев — «Вестнике Св. Синода».

Дискуссия о русском языке в богослужении с новой силой развернулась в 1927 году на ноябрьском Пленуме Синода. О неотложных изменениях в богослужебной практике говорили известный нижегородский протоиерей В.Адаменко, протоиерей К.Смирнов, архиепископ Александр (Анисимов) и некоторые другие «идейные обновленцы». Отправной точкой рассуждений протоиерея Василия Адаменко о богослужебной реформе и введении русского языка был тезис о том, что «в богослужении оскудела соборность» — миряне не принимают в нем почти никакого участия. Для исправления положения предлагалось введение русского языка и общенародного пения, чтение вслух тайных молитв за литургией, исправление церковного чтения (избегать небрежности и скороговорок) и перенесение его с клироса на середину храма. В.Адаменко предлагал разделять чтение канонов и шестопсалмия между подготовленными прихожанами, чтобы каждый из них, «вдохновляясь высокой духовной поэзией, вдохновлял бы тем самым и других молящихся». Кроме того, В.Адаменко выступал за отмену наград (митр, набедренников и т.д.), активизацию церковной проповеди, чтение Св. Писания и Апостола лицом к народу и служение при открытых Царских вратах по примеру древней практики. Инициативу перевода богослужения поддержали протоиереи Н.Попов и А.Боярский. Однако другие члены Синода настаивали на том, что в деле перевода богослужения нельзя допускать произвола, а «митрополит» Александр Введенский выступал решительно против отмены церковнославянского языка за богослужением, ссылаясь на печальный опыт епископа Антонина. На Пленуме, тем не менее, была создана переводческая комиссия по исправлению богослужебных текстов. Вопрос об изменениях в чинопоследовании Таинств к этому времени уже отпал сам собой. Переводческая комиссия решила привлечь к своей работе авторитетных профессоров: А.И. Карабинова, А.А. Дмитриевского, М.Н. Скабаллановича, А.И. Вознесенского.

В 1928 году на заседании Синода рассматривался вопрос об издании перевода служебника, Требника, Каноника и Часослова на русском языке, но в богослужебную практику эти переводы никогда не входили, и об издании их почти ничего не известно. Более того, уже в 1932 году Синод определил, что основным богослужебным языком в «обновленческой церкви» остается церковнославянский, и принятый порядок богослужения не должен нарушаться. «Славянское богослужение, — заявил на заседании Синода А.И. Введенский, — является незыблемой основой обновленчества. Мы сохранили верность богослужебным традициям отцов, и, благодаря в значительной мере этому, наше движение сделалось столь широким в церкви. Всякая ломка богослужения, в частности замена русским, чревата последствиями, отпугивающими широкие массы».

Исходя из этого Синод циркулярно запретил русский язык в богослужении (за исключением тех случаев, когда найдутся особо веские основания и когда на это будет дано всякий раз отдельное разрешение Синода). Кроме того, было запрещено чтение вслух тайных молитв.

Необходимо отметить, что к этому времени один из главных идеологов русификации богослужения протоиерей В.Адаменко полностью разочаровался в обновленчестве, принес покаяние в грехе раскола митрополиту Сергию (Страгородскому) и перешел в Патриаршую Церковь.

Во второй половине 1930-х и тем более в 1940-х годах в обновленческих храмах практически не было никаких отличий в служении от принятого в Московской Патриархии порядка. Интересно заметить, что на Украине, при стремлении местного обновленческого руководства к украинизации богослужения, перевод на русский язык не только не приветствовался, но и служение на нем, как правило, запрещалось. Вместе с тем на Украине у обновленцев не прижились послабления в брачном праве — там не было женатых епископов и второбрачия духовенства.

Завершая этот краткий исторический обзор, необходимо подчеркнуть, что главное содержание обновленческого раскола заключалось совсем не в богослужебных реформах, а в соглашательстве с советской властью, в поисках новой «симфонии» с государством, в приспособлении к нему. Обновленцы шли по пути огосударствления Церкви, но безбожное государство быстро перестало нуждаться в их услугах и полностью упразднило само это течение в годы Великой Отечественной войны.

Наконец, исходя из сказанного, следует сделать вывод о том, что совершенно неуместно использовать термины «обновленчество» и «неообновленчество» в контексте современных дискуссий о развитии практики православного богослужения.


27 июня 2008 г.
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи
Православному Свято-Тихоновскому гуманитарному университету - четверть века
Первый набор студентов Православный Свято-Тихоновский богословский институт, как тогда назывался ПСТГУ, провел осенью 1992 года. И тогда же состоялся первый в истории ПСТБИ торжественный акт — в день избрания святителя Московского Тихона на патриарший престол, 18 ноября, ставший по патриаршему благословению институтским праздником. Первый в Церкви университет — ведущее в России православное высшее учебное заведение открытого типа, ежегодно выдающее государственные дипломы установленного образца по десяткам специальностей, преодолело за этот период колоссальный путь. «Журнал Московской Патриархии» устами ректора ПСТГУ протоиерея Владимира Воробьева вспоминает главные вехи на этой дороге и рассказывает об основных задачах развития вуза. PDF-версия Но сначала мы приглашаем читателей на небольшую экскурсию в университетский городок в столичном районе Марьино. PDF-версия
20 ноября 2017 г. 11:30