iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Статьи на тему
Митрополит Таллинский и всея Эстонии Корнилий: На посох священномученика Платона я опираюсь до сих пор
Эстонскую Православную Церковь постигла тяжелая утрата. На 94 году жизни скончался митрополит Таллинский и всея Эстонии Корнилий. Долгая жизнь владыки Корнилия вместила в себя многие коллизии XX века. Сын белого офицера, эмигрировавшего в Эстонию, владыка решился на служение в Церкви, за что был репрессирован после войны. На его плечи легла тяжелая ответственность сохранения Эстонской Православной Церкви после обретения страной независимости. Так уж сложилось, что за три месяца до своей кончины старейший иерарх Русской Православной Церкви дал свое последнее интервью «Журналу Московской Патриархии», в котором подробно рассказал о своей жизни и служении в Эстонии. Редакция Журнала выражает самые искренний соболезнования и предлагает вниманию наших читателей это интервью. ПДФ-версия 
19 апреля 2018 г. 21:05
Культура
ЦВ № 1-2 (398-399) январь 2009 /  22 января 2009 г.
версия для печати версия для печати

Нераскрытая тема

Со времени массовых гонений на веру в Советском Союзе прошло много десятилетий, но до сих пор опыт новомучеников и исповедников российских не осмыслен и не воспринят большинством верующих. Наш постоянный обозреватель размышляет о причинах этого явления и о попытках его преодоления с помощью современного искусства.

Сохранение исторической памяти, в том числе и личной, — это всегда сложная и трудная работа. А беспамятство не требует никаких усилий. Поэтому оно доступно всем. На этом основывается и так называемая «массовая культура», легко воспринимаемые образы которой сразу становятся «всеобщим достоянием».

В начале прошлого года мне довелось беседовать об этом с игуменом Дамаскиным (Орловским) — членом Синодальной комиссии по канонизации святых и руководителем фонда «Память мучеников и исповедников Русской Православной Церкви». В разговоре мы коснулись выхода очередного тома «Житий Новомучеников и исповедников Российских ХХ века», и я задала давно мучивший меня вопрос: «Почему опыт новомучеников практически не воспринят массовым сознанием? Почему этой теме общество, не только светское, но и церковное, уделяет так мало внимания?»

Ответ игумена Дамаскина был прост: «Приходя в Церковь, люди ищут устроения их материального и социального бытия и не помышляют о том, что она может им дать Царствие Божие».

Недавно я задала тот же вопрос протоиерею Кириллу Каледе, настоятелю храма во имя Новомучеников и исповедников Российских в Бутове: «Почему сюда, на Бутовский полигон, приезжает гораздо меньше народа, чем, например, к мощам блаженной Матроны Московской?» Он ответил почти теми же словами: «Здесь надо просить Царствия Небесного. А оно, получается, никому не нужно».
Как же сложилось так, что большинство людей, озабоченных духовными поисками и приложивших в 1990-х годах немало усилий для своего воцерковления, явно отворачивается от опыта новомучеников?

Вопрос этот с новой силой встал после обнародования результатов общероссийского голосования в телевизионном проекте «Имя Россия». Этот проект, сразу следует отметить, вызвал неоднозначную оценку. Результаты голосования то откровенно подтасовывались, то обнулялись, но в итоге, когда в тройке лидеров оказался Иосиф Виссарионович Сталин, многие ахнули: «Вот какова она, народная любовь…»
Почему же наше общество остается, мягко говоря, равнодушным к происходившим при Сталине массовым казням и репрессиям, жертвами которых стали, в том числе, и сотни тысяч верующих? Ответов может быть несколько.

Во-первых, людям, озабоченным собственным благоденствием, претит сама мысль о смерти. Особенно им неприятна смерть насильственная, да еще и со своей чудовищно абсурдной «логичностью»: «изменником и заговорщиком» в послереволюционной России мог оказаться каждый — от ребенка до дряхлого старика. Ужасная, трагическая правда обязывает что-то менять в собственной жизни, — а этого так не хочется благополучному человеку! Поэтому ему легче подумать: а вдруг могучее государство, посылавшее людей на смерть, все-таки было в чем-то право?..

Во-вторых, не прошло даром многолетнее утаивание и сокрытие от народа правды о реальных обстоятельствах смерти миллионов людей. Даже родные узнавали подлинные даты смерти близких спустя десятилетия после приведения приговоров в исполнение. Сейчас горстке энтузиастов, вроде игумена Дамаскина и его помощников, приходится перелопачивать архивы в поисках крупиц информации о том или ином погибшем человеке.

В-третьих, ужас этих смертей отодвинула на второй план Великая Отечественная война.

Именно война стала одной из самых важных тем советской культуры. Она породила бесчисленное количество повестей, романов и фильмов, многие из которых вошли в золотой фонд отечественного искусства. День Победы — 9 мая — и сегодня остается одним из самых искренних наших праздников.

Говоря о войне, мы, дети и внуки ветеранов, опираемся именно на художественные образы. Но сравним огромную гору патриотической литературы, кинофильмов и телесериалов, посвященных минувшей войне, с той бездной сознательного умалчивания и недоговоренности, в которой тонет наша память о новомучениках и исповедниках российских. Какие сведения о них может почерпнуть из художественной литературы, увидеть на экране современный подросток?

Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет выпускает научные труды и проводит конференции, посвященные новейшей истории Русской Православной Церкви. За этими словами скрывается многолетний подвижнический труд — создание базы данных по новомученикам и исповедникам. Имена, фамилии… обстоятельства ареста, дата убиения. Но вся эта информация важна лишь для узкого круга заинтересованных лиц. Как же ввести память о пострадавших за веру во время гонений в сознание большинства людей? Для этого нужен новый агиографический язык, не столько научные, сколько художественные книги, яркие и масштабные кинофильмы.

Игумен Дамаскин говорил: «Судьбы многих новомучеников — сами по себе совершенное художественное произведение. Они включают в себя все разнообразие драматических коллизий. Более глубокий духовный опыт, чем пережитый ими, трудно себе представить: здесь и мучительные сомнения и переживания человека, и его падение, и в то же время — самые возвышенные и героические примеры противостояния реальному злу. Это, можно сказать, самое совершенное и идеальное, к чему пришел русский человек».

Но, если не считать разошедшегося впечатляющими тиражами почти мифического «Отца Арсения», что мы имеем на сегодняшний день?
Сухой остаток таков: тема звучит, но очень тихо, приглушенно. Из относительно недавних событий на память приходит лишь октябрьский номер журнала «Фома» и телепередача «Тем временем» (телеканал «Культура», 15 декабря), посвященные Бутовскому полигону.

В то же время, крайне неутешительны данные опроса, приведенные в журнале «Фома». На вопрос «какие ассоциации вызывают у вас слова “Бутовский полигон”?» лишь 19% респондентов дали ответ «новомученики и исповедники российские», остальные упоминали что-то уж совсем далекое.

В первой половине прошлого года увидел свет многостраничный роман Александра Яковлева «Патриарший крест», посвященный короткому промежутку времени между 1918 и 1923 годами, началу борьбы государства против Церкви, первым арестам и расстрелам. Книга даже в мелочах опирается на документальные источники: протоколы допросов Патриарха Тихона, газетные публикации… Глубокий и сложный роман (вторая часть задуманной автором эпопеи) может быть прочитан и без знания его предыстории. Но чтение «Патриаршего креста» — ощутимый физический и нравственный труд, а большинству читателей сегодня нужны какие-то более простые и понятные книги.
Стоит сказать о еще одной книге — повести Татьяны Шипошиной «Полигон», выпущенной Издательским Советом Русской Православной Церкви в рамках новой книжной серии «Верую».

В книгу вошли два произведения писательницы: «Полигон» и «Как мне хочется чистой воды…» Первая посвящена трудным и чудесным путям обретения исторической памяти, вторая — социальной болезни, корень которой — безразличие и потеря любви.
История, рассказанная Татьяной Шипошиной в «Полигоне», так же как и «Патриаший крест», вырастает из реальных событий и фактов. На ее страницах даже появляется, хоть и не названный по имени, но легко узнаваемый ныне здравствующий московский священник.
Как мне кажется, Татьяна Шипошина нащупала самый верный путь повествования о тех временах. Герой ее повести — современный подросток, пытающийся решить для себя вопрос о смысле своей собственной жизни и по чистой случайности начинающий раскапывать семейную историю.

Безличная официальная история, переведенная на язык семейного предания и наполнившаяся живым, близким, родственным смыслом — вот очевидный путь возвращения исторической памяти. Понимание, что ты — не брошенная на волю ветра былинка, а звено в цепи поколений твоего рода, — это тот якорь, за который должна держаться человеческая душа.
Хочется верить, что с появления этих книг начинается новый этап осмысления подвига новомучеников и исповедников российских, в который каждый из нас должен внести свою, пусть маленькую, лепту. Может быть, по их молитвам в этом суетном мире мы начнем «искать прежде Царствия Божия». И все остальное приложится.

 

Валерия Ефанова
22 января 2009 г.
Ключевые слова: новомученики
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи
Жизнь и молитва на Смоленской земле
В этом году Смоленск отпраздновал свое 1155-летие. За почти 12 веков существования этот город неоднократно становился крепостью на пути рвущихся к Москве захватчиков и навсегда вписал себя в ле­топись воинской славы России. Но есть у него и еще одна особенность. Не случайно на Днепровских воротах, на въезде в историческую часть Смоленска, на огромном плакате с изображением Предстоятеля Русской Церкви написано: «Смоленск — земля Патриарха». Над духовным возрождением города Святейший Патриарх Кирилл трудился без малого четверть века. Как сегодня организована и развивается здесь духовная жизнь, какие проблемы стоят перед ее духовенством и как оно отвечает на вызовы времени, «Журналу Московской Патриархии» рассказал митрополит Смоленский и Дорогобужский Исидор. ПДФ-версия
10 октября 2018 г. 15:21