iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Статьи на тему
Наука
 Альбрехт Дюрер. "Меланхолия", 1514
27 января 2020 г. 18:50
версия для печати версия для печати

Священники поделились пастырским опытом попечения о душевнобольных

В ОВЦС состоялась секция  XXVIII Международных рождественских чтений «Попечение Церкви о душевнобольных». Ее участники - врачи, духовенство, преподаватели медицинских вузов говорили о видах психиатрических заболеваний, специфике духовного окормления людей с этим диагнозом, видах помощи  душевнобольным и делились случаями из практики. 

     Характерно, что в выступлениях почти всех участников мероприятия звучала мысль о благотворном сотрудничестве священнослужителей и врачей в лечении психических расстройств. Отрадно, что в Церкви постепенно накапливается опыт душепопечения именно о таких больных, который со временем, может быть, станет уникальным пособием для духовных школ. Именно в контексте пастырской помощи этой категории пациентов и были интересны доклады клириков больничного храма в честь иконы Божией Матери «Целительница» при Научном центре психического здоровья РАН (НЦПЗ) - протоиерея Ильи Одякова и протоиеря Виктора Гусева. 
     По словам отца Ильи, очень трудно обобщить опыт такой пастырской работы, потому что каждый случай уникален как и сам больной. И у каждого священника этот опыт формируется, в основном, на основе практики - личного общения с пациентами, комментариев и советов врачей и теории (см. книгу Д.Е. Мельникова «Психиатрия и проблемы духовной жизни» и «Настольную книгу священнослужителя», т.8). Тем не менее, священник решил рассказать о больных, страдающих таким психическим расстройством как депрессивный бред, с признаками которого может столкнуться любой священник на обычной исповеди.
                                                                  Депрессивный бред
     «Депрессивный бред всегда возникает на болезненной основе,- отметил отец Илья.- Состояние бреда всегда связано с расстройством мышления». Современная медицина описывает бред как совокупность болезненных идей, представлений и выводов, которые искаженно отражают действительность. Важно знать, что больной в таком состоянии абсолютно уверен в достоверности своих идей и категорически не поддается убеждению со стороны. Эти бредовые построения имеют для него абсолютную значимость и влияют на весь мыслительный процесс, определяя слова и поступки. У депрессивного бреда всегда отрицательно эмоциональна окраска. «Священнику в пастырской практике чаще всего приходится сталкиваться с бредом греховности, - продолжил отец Илья, - когда прошлые и часто несущественные прегрешения трансформируются в тягчайшую вину перед Богом». Больной считает себя повинным во всем, вплоть до болезни и смерти близких, друзей, соседей, любимых животных. А исповедь превращается в болезненное самобичевание. 
     Известно, что истинное покаяние - это не только осознание своей греховности. Но и жажда очищения с надеждой на милосердие Божие и дарование сил на исправление своей жизни. 
Однако бредовые идеи делают человека одержимым своей греховностью, и внушают ему абсолютную уверенность в невозможности как в прощении грехов, так и в изменении своего падшего состояния.
Еще одна форма бреда- бред самоуничижения, когда главной в человеке становится мысль собственной никчемности, непригодности ни к чему, что он всем в тягость и его жизнь - "сплошная череда ошибок":«Я изгой, я вызываю отвращение у окружающих, я нигде не могу само реализоваться». Человеку кажется, что об этом думают и говорят все люди, с которыми ему приходится общаться. И даже святые с икон смотрят на него с презрением и укором.
       В этом случае полностью отрицаются личные положительные качества, отсутствует желание задуматься о том, что в Евангелии есть не только блудный сын, но и отец, который его простил. Эта самооценка порождает и соответствующее поведение — «чем хуже и не достойней я себя веду, тем большее успокоения я испытываю». В этом случае начинают страдать уже и близкие больного. «При депрессивном психозе очень часто присутствует ожидание неизбежного наказания. И это может доходить до проявления чувственного бреда, когда всё вокруг представляется апокалиптически изменённом и возникает ощущение Страшного суда здесь и сейчас»,- подчеркнул отец Илья. Наяву и во сне к человеку приходят страшные видения.  
Другой вариант - когда человек требует наказания и справедливого суда не от Бога, а от других людей. Например, оговором себя не только на исповеди, но и в быту. Признается супруге в несуществующих изменах и добивается развода. Иногда формой самонаказания становится тяжелый пост, буквально — на хлебе и воде, ношение вериг, сон на голом полу, чревовредительство. И все это сопровождается неистовой молитвой, особенно по ночам.
      Священник привел и другие формы бреда -  ипохондрический бред (состояние постоянного преувеличенного опасения за свое здоровье, безосновательная уверенность в наличии у себя серьезной болезни), бред отрицания (когда человек действительно чем-то болен, но игнорирует свою реальную болезнь, утверждая, что у него все сгнило внутри и он не может молиться). К депрессивному бреду относится и убежденность человека, что он болеет по чьей-то злой воле (сглазили, прокляли, порчу навели и т. д.). В итоге больной ищет виновного, или отправляется за помощью к бабкам и целительницам или на отчитку.       
Во всех таких случаях необходимо обращение к психиатру.
     В случае если священник сталкивается в процессе общения или исповеди с проявлением депрессии, особенно в стадии бреда, то, по мнению отца Ильи, необходимо  соблюдать несколько правил.
Первое. Ни в коем случае не соглашаться с бредовыми идеями, которыми с вами делится больной, не поддерживать идеи самообвинения, болезненную убежденность в виновности, греховности и неотвратимости наказания. Ни в коем случае нельзя высказывать ужас и негодование об услышанном.
Второе. Категорически нельзя спорить, переубеждать, что-либо доказывать и задавать уточняющие вопросы. Это не только бесполезно, но и может усугубить психическое расстройство.
Третье. Необходимо проявить терпение. Спокойно и внимательно выслушать все, в чем искренне убежден больной. Если есть возможность, вместе помолиться.
Четвертое. Сохраняя тайну исповеди, по возможности объяснить близким больного патологический характер его переживаний и необходимость обратиться за помощью к психиатру с последующим назначением курса лечения в стационаре. Иначе может быть скорый и страшный исход. 
                               Приоритеты и специфика окормления душевно больных
      Протоиерей Виктор Гусев, клирик больничного храма в честь иконы Божией Матери Целительница при НЦПЗ рассказал о специфике окормления больных, находящихся в  стационаре.
«Прежде всего нужно понимать, что такого рода заболевания мешают человеку сохранять свое внутреннее единство и целостность, а также препятствуют поддерживать оптимальный эмоциональный фон, адекватность суждений, поведения и восприятия окружающей действительности», - сказал отец Виктор. Поэтому главную свою задачу священник видит в помощи человеку, находящемуся в состоянии болезни, продолжить сознательное возрастание в Боге. «И помочь ему сделать это возрастание незыблемым основанием, опираясь на которое, собираясь в особое уникальное единство, развивались бы его душевные и телесные сферы»,- говорит отец Виктор.
     Любопытно, что в ходе медицинских исследований смысловой сферы больных, проведенных в рамках НЦПЗ, выяснилось, что у православных во время болезни сохраняется как состав, так и структура ценностно-смысловой сферы, что не наблюдается у неверующих пациентов. Это та основа, которая позволяет священнику участвовать в процессе выздоровления душевнобольных пациентов. 
По мнению отца Виктора есть три направления помощи. 
      Первое. Помощь больному в осознании смысла случившейся с ним болезни. 
Человеку необходимо дать понять, что болезнь вовсе не следствие того, что его оставил Бог.  Бог продолжает любить и заботиться о нем, и не болезнь отрывает человека от Бога, а грех. На самом деле болезнь - это особый вид креста земного, тяжелого, но посильного испытания, который ему выпал. Это действие особого промысла Божьего и здесь важно помочь больному принять болезнь как путь возрастания в Боге, на который его поставил Господь, и который человек должен пройти. Важно донести до понимания больного, что никакая болезнь не препятствует достижению святости и спасения. Таким образом, болезнь может служить духовному росту человека, только в том случае, если она становится страданием осознанным и принятым как проявление Божьей воли. В человеке пробуждаются добродетели терпения, смирения и послушания, которые не остаются без награды. При этом следует пресекать такие мысли больного, что болезнь послана ему как наказание за греховную жизнь или наследственные пороки. Больной нуждается в поддержке, а не в обличении. 
     Второе. Поддержка больного и приведение его к благодатной помощи Божией, молитве и Таинствам.
 Христианская жизнь есть постоянное соработничество человека и Бога и без особой, в т.ч. благодатной помощи Божией ни достигнуть Бога, ни прожить по-христиански, ни справиться с трудностями жизни нельзя. Поэтому важно поддержать и укрепить больного в стремлении к благодатной помощи как через Таинства, так и выстраивании личных отношений с Богом через молитву.
     Третье. Пробуждение собственной активности больного на данном этапе его спасения.
Если острая фаза болезни побеждена (в Центре она длится неделю-полторы), необходимо донести до больного, что он сам может что-то сделать в противовес своей болезни. В частности, в области духа, где проявляется данная человеку свобода. Амвросий Оптинский говорил: «От человека болящего Бог многого не требует. Лишь бы он нес свою болезнь с упованием, и если сможет - благодарил Бога». Это упование есть проявление как доверия к Богу, так и принятие Его благого промысла. Помнить о промысле Божьем и усилием веры сохранять в себе доверие к Нему - это практически большой и важный шаг в следовании воле Бога. И эту мысль нужно поддерживать в больном. Еще одно - это терпение болезни с надеждой на Бога, важная добродетель в делании христианина, доступная больному. Аскетическая практика борьбы с помыслами, к которым можно отнести навязчивые идеи, также в арсенале духовной работы. И в больничном служении отца Виктора есть случаи, когда такая борьба была успешной. Но здесь, по мнению священника, нужно предлагать больному опыт борьбы с помыслами, накопленный отцами-аскетами. 
      «Бог призывает нас всегда и везде следовать Его заповедям. И болезнь тут не исключение. Поэтому, если у больного навязчивые мысли или он слышит голоса, необходимо сориентировать его на то, чтобы он уделял больше внимания соблюдению заповедей, а не этим голосам»,- считает отец Виктор.  
Господь призывает нас «непрестанно молиться». И в целом ряде случаев мы можем обратить к больному этот призыв о молитве. При этом постараться, чтобы молитва не была формальным вычитыванием текста. Здесь нужно призвать больного сделать акцент в душе своей прежде всего на молитве, а не следовании за своими мыслями или представлениями. Молитва больного может быть о себе, о помощи Божией. Но она также может стать молитвой о своих ближних, друг за друга, за врачей.
     «Понятно, что это общие схемы, возможные направления развития, - отметил священник. - В процессе реального общения с больным учитываются и другие важнейшие факторы: понимание и чувствование больного, осознание степени его адекватности. Понимание пораженных и сохраненных областей его души - на что можно опереться, а на что нет, поиск того, что он способен воспринять и сделать, определение пассивной меры и формы того, что можно ему посоветовать».
      В заключении отец Виктор привел пример чуда исцеления.
Однажды в Научный центр психического здоровья обратился священник с просьбой провести лечение
20-летней девушки, которую он приютил в своей общине. У Маши (назовем ее так) был пятилетний стаж героиновой зависимости, совмещенный с опытом зарабатывания денег проституцией и воровством. Маша находилась в тяжелой депрессии. На протяжении нескольких месяцев никакие попытки лечения медикаментами и др. средствами не давали эффекта. Ее состояние ухудшалось, но она смиренно несла свой крест. В прздник Богоявления больничный священник взял Машу на крещенское купание. Туда девушка шла только по послушанию, без всякого желания жить, еле-еле переставляя ноги. Результатом ее погружения стало то, что начала действовать назначенная ей схема медицинских препаратов, которая раньше не работала. В течение короткого срока девушка ожила и выписалась из клиники со значительными улучшениями. Устойчивая ремиссия длится уже 20 лет. Со временем Маша приняла постриг и сейчас подвизается в одной из обителей. 
      На секции также прозвучали доклады заместителя директора НЦПЗ, д.м.н., руководителя отдела юношеской психиатрии проф. Василия  Каледы, («Психические расстройства подростково-юношеского возраста – вопросы диагностики и оказания медико-социальной помощи»); к.м.н., ведущего научного сотрудника отдела особых форм психической патологии НЦПЗ Ольги Александровны Борисовой («Патологическая псевдорелигиозность – вопросы диагностики и ведения»); проф. кафедры психиатрии Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова Евгения Сергеевича Курасов («Современные подходы к терапии психических заболеваний») и др.
Ниже вы можете ознакомится с материалами по данной тематике:

 

27 января 2020 г. 18:50
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи
Иконы места
Исстари в память о совершенном паломничестве веру­ющие христиане старались увезти с собой местную святыню — икону, посвященную небесному покровителю монастыря или прославившему эту точку на карте событию. После отмены крепостного права, когда паломничество на Руси приобрело массовый характер, возникла целая индустрия сравнительно дешевых раздаточных образков. Но темой давнего собирательства московского художника Николая Паниткова стала не продукция поточного производства, а более древние святыни — паломнические реликвии, создававшиеся иконописцами по единичным заказам или крайне ограниченным тиражом. Семь десятков самых интересных и редких из них, датирующихся в основном XVIII столетием, представлены на персональной выставке коллекционера «Дорогами Святой Руси» в Центральном музее древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева. Ни один из иконописных памятников не подписан автором, и все без исключения они впервые вводятся в научный оборот. PDF-версия
3 июля 2020 г. 11:00