iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Статьи на тему
Тактика лояльности и сопротивления: как будущий Патриарх Пимен управлял Костромской епархией
      Диссиденты-писатели и диссиденты-священники 1960 - 1970-х годов упрекали Церковь в лице Патриарха Пимена в молчании по поводу фактов гонения на религию в СССР. Но костромской период служения епископа Пимена свидетельствует об обратном, а именно о его бескомпромиссной позиции по отстаиванию интересов Церкви и духовенства. О его дипломатических, организаторских и человеческих достоинствах говорят документы Костромского областного государственного архива. В условиях жесткого контроля идеологических органов будущий Патриарх, будучи лояльным по отношению к государству, занял твердую позицию по ряду принципиальных вопросов, касающихся деятельности духовенства. Его требовательность по отношению к внутренней дисциплине и проповеднической миссии священнослужителей принесла свои плоды: религиозность населения в регионе возросла. Тактика, взятая на вооружение епископом в Костромской епархии, оправдала себя и на общецерковном уровне и создала предпосылки для возрождения Церкви в 1990-е годы. (Материал будет опубликован в майском номере (№5, 2020) "Журнала Московской Патриархии")  
5 мая 2020 г. 11:39
Митрополит Ростовский и Новочеркасский Меркурий: «Мы расширяем преподавание религиозных культур на 5–9-е классы средней школы»
Минувшей осенью Министерство просвещения России опубликовало для общественного обсуждения новую редакцию Федерального государственного образовательного стандарта (ФГОС) начального общего образования. Как следовало из текста проекта на федеральном портале «Нормативные правовые акты», из школьного курса основ религиозных культур и светской этики (ОРКСЭ) предполагалось исключить все четыре конфессиональных модуля, оставив лишь два — основы светской этики и основы мировых религиозных культур. Как это соотносится с методической разработкой государственными органами целой новой предметной области основ духовно-нравственной культуры народов России, к чему готовиться родителям будущих четвероклассников и не пропадут ли втуне методические наработки по преподаванию основ православной культуры в средней школе, «Журнал Московской Патриархии» узнал у председателя Синодального отдела религиозного образования и катехизации митрополита Ростовского и Новочеркасского Меркурия. PDF-версия.  
31 января 2020 г. 12:00
Основ православной культуры, возможно, не будет в обновленной версии предмета Основы религиозных культур и светской этики, подобный вариант по-прежнему рассматривается и обсуждается — Минпрос
Экспертное сообщество продолжает обсуждать новую редакцию Федерального государственного образовательного стандарта (ФГОС) начального общего образования. Текущая версия документа не предусматривает в программе курса Основ религиозных культур и светской этики ни одного из четырех конфессиональных модулей, в том числе и Основ православной культуры. Если этот вариант в итоге будет официально принят, родителям будущих четвероклассников придется выбирать всего из двух модулей, перечисленных в подпункте 25.3 «Организационный раздел основной образовательной программы» — «Основы религиозных культур народов России» (вместо прежних «Основ мировых религиозных культур») и «Основы светской этики».
12 ноября 2019 г. 16:59
Церковь
Участники "военной" секции XIX Международных Рождественских чтений
ЦВ № 3-4 (449) февраль 2011 /  18 февраля 2011 г.
версия для печати версия для печати

Введение военного духовенства – первый рубеж взят

В 2011 году Минобороны России обещает назначить первых священнослужителей на штатные должности в Вооруженных силах. Какие проблемы стоят сегодня перед военными священниками? Какие задачи им предстоит решить? Эти вопросы оказались в центре внимания участников «военной» секции Международных Рождественских чтений.

В Вооруженных силах Российской Федерации официально служит только один военный священник Русской Православной Церкви — протоиерей Александр Бондаренко, занимающий должность помощника командующего Черноморским флотом по работе с верующими военнослужащими. Остальные, даже если состоят на минимальном довольствии в соответствующей части, оформлены как психологи или заведующие полковыми клубами. Однако в 2011 году ситуация может измениться. Уже сейчас на утверждении министра обороны находятся семь кандидатур священнослужителей, которые в скором времени займут соответствующие штатные должности на российских военных базах за рубежом. Далее последуют и остальные назначения. Всего в штат Вооруженных сил планируется ввести 240 военных священников. Такой прогноз на заседании «военной» секции нынешних Рождественских чтений озвучила сотрудник управления Минобороны по работе с верующими военнослужащими Людмила Непокрытова.

Несмотря на то что священники трудятся в Вооруженных силах уже без малого двадцать лет, наличие специальных должностей для священнослужителей в штатном расписании Минобороны — принципиально новое явление. И в первую очередь — для военного руководства, которое, по словам председателя Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями протоиерея Димитрия Смирнова, «зачастую не понимает роль и функциональное значение представителей религиозных объединений в армии». Командиры не возражают против периодических визитов священника в военную часть, совершения богослужений, духовно-нравственных бесед с личным составом, но растерянно разводят руками при мысли, что священнослужитель станет штатным сотрудником. Что с ним делать, как выстраивать отношения, чем именно будет заниматься военный пастырь? «Сегодня самое важное — четко определить границы взаимодействия в отношениях священнослужителя и командира», — отметил в этой связи начальник упомянутого выше управления Борис Лукичёв. «Командир обычно человек амбициозный, властный. И когда у него в подчинении появляется священнослужитель, командир порой не знает, как ему действовать. Ведь бывает и так: всех построили и шагом марш в храм, а там 30 буддистов, 15 мусульман и 50–60 православных. Поэтому работу командира нужно регламентировать», — заострил проблему Борис Михайлович. Он сообщил также, что для решения этого вопроса управление в тесном сотрудничестве с Синодальным отделом по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями разработало основы концепции по работе с верующими военнослужащими, своего рода руководство к действию как для священнослужителей, так и для командиров.

Проблемы возникают и в ходе подборки кандидатур на должность военного священника. Вопреки расхожему мнению, что священнослужители, до сих пор работавшие в армии «на энтузиазме», с радостью заполнят штатные «клетки», дело обстоит иначе. Как следовало из докладов представителей епархий, многие священнослужители предпочли бы и дальше трудиться на добровольной основе, чем «сесть на оклад» и оказаться в  подчинении у командира. Такая ситуация сложилась, к примеру, в Мурманской епархии. Председатель епархиального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами протоиерей Андрей Амелин указал, что из-за отсутствия добровольных кандидатов со стороны духовенства места помощников по работе с верующими военнослужащими на Северном флоте могут занять отставные офицеры-воспитатели. На это последовало резкое возражение Бориса Лукичёва, назвавшего подобные планы профанацией решения Президента, которое предполагает назначение на эти должности именно священнослужителей.

В докладе на Архиерейском Соборе Святейший Патриарх Кирилл подчеркнул, что должность военного священника «требует профессиональных умений и навыков, самоотверженности и мужества, полной отдачи сил». В этой связи встает вопрос о требованиях, предъявляемых к кандидатам. В соответствии с принятым Минобороны Положением по организации работы с верующими к священнослужителю предъявляются как минимум два требования: как к духовному лицу и как к специалисту воинской части, имеющему специфические, ни с кем не схожие функции. Как отметил в своем докладе заведующий информационно-аналитическим сектором Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями Александр Суровцев, это позволяет сформулировать два основных направления подготовки священнослужителей к работе с верующими военнослужащими: военно-пастырское, то есть формирование системы знаний, умений и навыков пастырской работы  с военнослужащими, и военно-специальное, включающее в себя изучение особенностей взаимодействия с командиром и другими должностными лицами.

В целом подготовка штатного военного духовенства будет включать различные уровни и формы, в том числе теоретическую подготовку, практическую подготовку, самоподготовку, в дальнейшем — переподготовку и повышение квалификации.

Еще одной проблемой, связанной с положением военного священника, является его двойная подчиненность: с одной стороны, он подчиняется непосредственно командиру части, с другой — правящему архиерею своей епархии. И при этом работа в военной части, как следует из проекта типового договора с должностными лицами по работе с верующими военнослужащими, является для работника основным местом работы. А как быть в том случае, если часть, где работает священник, оказывается на территории другой епархии, с духовенством которой ему также необходимо выстраивать служебные отношения? Что делать, к примеру, священникам Северо-Кавказского военного округа, который включает в себя территории трех епархий? Нужно ли создавать особую структуру управления военным духовенством? Для решения этих вопросов следует более глубоко изучить дореволюционный и зарубежный опыт работы военного духовенства,  адаптировав его к современным российским условиям.

Нерешенным на сегодняшний день остается вопрос о судьбе храмов, построенных на подведомственной Минобороны территории. В ходе проводимой в Минобороны инвентаризации культовых объектов обнаружилось, что сегодня их 187. При этом информация продолжает уточняться. «Сложность положения состоит в том, что в результате реформирования Вооруженных сил количество военных городков и гарнизонов резко сократится, — заметил Борис Лукичёв, — и если где-то поставлена часовня, а то и храм, то при уходе военных с этой территории в них может наступить мерзость запустения. Что делать с этими объектами? В этой ситуации Министерство обороны выступает за строительство храмов там, где будут располагаться крупные военные гарнизоны». Борис Лукичёв сообщил также, что в настоящее время по решению министра обороны создается совместная рабочая группа (пять человек от Русской Православной Церкви и пять человек от Министерства обороны), которая будет решать вопросы, связанные с учетом и приведением в порядок нормативной базы для храмов.

Это основные, но далеко не все проблемы, которые стоят сегодня перед военным руководством, священноначалием и священниками, непосредственно работающими в войсках. Не менее актуальными представляются вопросы о размерах заработной платы военных священников, формах допуска гражданского лица к служебной документации части, степени участия священнослужителя в воспитательной работе и т.д. Механизм функционирования института военного духовенства требует детальной проработки. Именно поэтому возрождение структуры полковых священников носит неспешный, постепенный характер. Понятно, что 240 священнослужителей для Российской армии — ничтожно малое число. Но любой эксперимент начинается с малого. И от того, насколько успешно пройдет этот первый этап, зависит судьба военного священства в Российской армии.

Из резолюции секции «Церковь и армия: актуальные проблемы формирования корпуса штатных военных
священнослужителей в Вооруженных силах РФ»

<...> В ходе формирования корпуса штатного военного духовенства необходимо обеспечить своевременный и качественный подбор кандидатов из числа священнослужителей Русской Православной Церкви. К назначению на должности помощников командиров по работе с верующими военнослужащими рекомендовать священнослужителей, прошедших квалификационный отбор, имеющих соответствующие образование, подготовку и опыт работы.
<...> Военная секция Рождественских чтений рекомендует епархиальным военным отделам и органам военного управления обратить особое внимание на бережное отношение к опыту сотрудничества Русской Православной Церкви с Вооруженными силами и другими силовыми структурами Российской Федерации на внештатной основе.
Следует развивать добрососедские отношения между православными приходами и воинскими частями, совершенствовать существующие организационные формы и методы совместной работы, которые доказали свою эффективность на практике.
<...> Введение штатного военного духовенства требует дальнейшего повышения внимания к образовательной сфере. В области военного образования представляется необходимым дополнить образовательные программы военных учебных заведений, а также курсов переподготовки и повышения квалификации специальными темами и разделами учебных дисциплин, которые позволили бы командирам, начальникам и другим должностным лицам Вооруженных сил Российской Федерации овладеть основами работы со священнослужителями и верующими военнослужащими.
В области подготовки военных священнослужителей необходимо разработать соответствующие стандарты знаний, умений и навыков, которыми должен владеть кандидат на замещение штатной должности в структурах военного духовенства.

18 февраля 2011 г.
Ключевые слова: армия
Также читайте:
Церковь и общество
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи
Бездомные верят в Бога и в собственные силы
В рамках проекта «Исследование факторов, способствующих успешной трудовой интеграции и дальнейшей социальной реабилитации людей, оказавшихся на улице в результате трудной жизненной ситуации» (реализован в 2018-2019гг. Православной службой помощи «Милосердие» при поддержке Фонда президентских грантов, заявка № 18-2-016357) российские социологи опросили семь с лишним сотен подопечных московского «Ангара спасения». С помощью этого опроса они попытались выявить, как бездомные попадают на улицу, выяснить их отношение к благотворительной помощи и выделить наиболее перспективные пути их реабилитации и ресоциализации. О результатх своего исследования «Журналу Московской Патриархии» рассказали сотрудники лаборатории «Социология религии» Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета руководитель исследования Дарья Орешина и Валерия Елагина.
17 июля 2020 г. 10:00