iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Статьи на тему
Мостик к Святой Земле
Архимандрит Антонин Капустин родился в 1817 году в селе Батурине Курганской области. Здесь его крестили в еще деревянном храме, построенном отцом и дедом. Но послужить в родном селе отцу Антонину не довелось — его ждала иная судьба. В безбожное время уже каменный храм в честь Преображения Господня разделил судьбу тысяч других русских храмов, но чудом уцелел. На фоне приземистых изб и домиков сегодня он выглядит израненным исполином, который выжил в смертельной схватке и бредет сквозь бескрайние просторы Курганской земли. Жива ли память об архимандрите Антонине среди его земляков, что они делают для ее возрождения и увековечивания, каково будущее батуринского храма и как память об отце Антонине может способствовать просвещению в православной вере, выяснял корреспондент ЖМП. Мостик к Святой земле Алексей Реутский Архимандрит Антонин (Капустин) родился в 1817 году в селе Батурине Курганской области. Здесь его крестили в еще деревянном храме, построенном отцом и дедом. Но послужить в родном селе отцу Антонину не довелось — его ждала иная судьба. В безбожное время уже каменный храм в честь Преображения Господня разделил судьбу тысяч других русских храмов, но чудом уцелел. На фоне приземистых изб и домиков сегодня он выглядит израненным исполином, который выжил в смертельной схватке и бредет сквозь бескрайние просторы Курганской земли. Жива ли память об архимандрите Антонине среди его земляков, что они делают для ее возрождения и увековечивания, каково будущее батуринского храма и как память об отце Антонине может способствовать проповеди православной веры, выяснял корреспондент «Журнала Московской Патриархии». — Здравствуйте! Вы что-нибудь слышали об Антонине Капустине? — спрашиваю редких прохожих на площади у сельского магазина в Батурине.  — Слышали, — улыбается в ответ женщина средних лет. — В школе у моей дочери проводили уроки, посвященные его памяти, и приглашали родителей. Еще в газете местной о нем читала. Нам рассказали, что он покупал в Палестине участки земли и строил там гостиницы для русских паломников, школы и больницы для местных жителей. — А кто у вас в селе храм построил, не подскажете? На помощь замявшейся односельчанке приходят двое немолодых мужчин: — Этот храм его отец построил. А он потом в Израиль уехал и там построил три храма! Возведенный в 1835 году каменный храм в Батурине служил веру­ющим до 1931 года и был закрыт вопреки их воле по решению поселкового совета. Затем был банком, дизельной станцией, типографией и даже парашютной вышкой — колокольня-то высотой в 50 м. Тонны мусора, свисающие с купола веревки юных скалолазов, оставивших на стенах автографы, протекающая крыша и огромный проем в северной стене для парковки сельхозтехники — таким его запомнила Александра Егоровна Кузнецова, когда в 2000 году вместе с другими женщинами она решила заняться восстановлением святыни и стала одной из первых прихожанок храма.  10 бабушек и храм  «Мы первую уборку в июне 2000 года провели, — рассказывает Кузнецова. — Раньше все у кого-то дома на молитву собирались, а потом я предложила: матушки, что же мы всё по углам молимся, у нас вон какой храм в селе стоит!» Повесили у магазина объявление, народ пришел на субботники. Поначалу людей было много — вырубили вокруг бурьян, вывезли из нижнего храма несколько грузовиков мусора. А дальше наступили времена подвижничества: не нашлось в селе охотников таскать в храм тяжелые доски для пола и заделывать блоками проем в стене. Приход наш — 10 пенсионерок, а работать могли только я и Валентина Панькова. Окна мы пленкой закрыли, рам не было. Печку сложили, на ней и готовили. Дочь мне провод купила, а электрикам за проводку света 400 рублей отдали, куда деваться? Я хоть и пенсию 2700 рублей получала, да ведь в темноте молиться не будешь, — вспоминает Александра Егоровна. — На нее и гвозди покупала — так и восстанавливали».  Через год в Преображенский храм назначили первого настоятеля, священника Сергия Кривых (с мая 2017 года он второй священник, а настоятель храма — протоиерей Владимир Тарасов). Немногочисленные прихожане воспряли духом. Благодаря усилиям отца Сергия, его семьи, друзей, прихожан и благодетелей заказали и вставили окна, сделали лестницу на второй этаж и очистили его от мусора, провели паровое отопление, заменили крышу. Когда меняли купола, из отверстий (видимо, пулевых, вмятины от пуль сохранились и на купольных крестах) вылетели пчелы. «Первое время за дверями храма ничего нельзя было оставить: ни тележку, ни лопату, народ по дворам всё тащил, — грустно улыбается Ирина, матушка отца Сергия. — Стройматериалы хранили в храме, под замком! Ведь прежде храм для батуринцев был источником стройматериалов. Например, у одной бабушки в сарае окно из храма было вставлено. Однажды во время службы, кто-то в храм вбежал и кричит: “Батюшка, народ песок растаскивает!” Нам накануне машину песка пожертвовали. Отец Сергий сначала увещевал людей, а потом просто огородил территорию. Столько возмущения у народа было, но воровство прекратилось».  Матушка приглашает в храм: в притворе и на втором этаже, куда ведет прочная лестница, штукатурка почти не сохранилась, на нас обреченно смотрит голая кирпичная кладка. На память приходят слова депутата Курганской областной думы, председателя Курганского отделения ИППО Александра Брюханова: «Нам бы только тендер выиграть на внутреннюю отделку, привести всё в порядок, и можно включать Батурино в местный паломнический маршрут: Большие кресты — Чимеево — Далматово». Сейчас нижний придел храма, освященный в честь Казанский иконы Божией Матери, уже готов к богослужениям. Небольшой, с выбеленными стенами, скромным иконостасом и невысокими потолками, он кажется по-домашнему уютным и теплым. 25 августа (в день рождения архимандрита Антонина) Святейший Патриарх Кирилл посетит этот храм и откроет мраморный бюст создателю Русской Палестины, который уже установлен рядом в яблоневом саду.  Прихожане рассказывают, что каждый, кому дорого имя архимандрита Антонина, в меру своих сил потрудился для храма на его ­малой ­родине. ­Одни участвовали своим трудом (например, прихожане Никольского храма и студенты политехнического колледжа города Шадринска), другие посильной жертвой. В 2007 году игумения Горненского монастыря в Иерусалиме Елисавета передала Преображенскому храму частицы мощей преподобномучениц Варвары и Елисаветы. А уроженец Батурина Владимир Симаков решил все юридические земельные вопросы и объединил неравнодушных людей вокруг благотворительного фонда «Батуринская святыня», благодаря которому колокольню обнесли деревянными лесами, подготовив ее тем самым к реставрации. В августе в Батурине должны закончиться последние приготовления к торжествам. Отремонтирована дорога к селу, рядом с храмом постро­ена автостоянка, из государственного бюджета поступили средства на реставрацию фасада храма и определен подрядчик. Выложена площадка, на которой установят бюст собирателю Русской Палестины. Кто такой  Антонин (Капустин)? 2017 год губернатор Курганской области Алексей Кокорин объявил годом Антонина (Капустина), дав старт масштабной информационно-просветительской кампании. На местном ТВ и по радио выходят передачи, районные и областные газеты публикуют тематические подборки, в музеях проходят выставки, посвященные отцу Антонину, на улицах Шадринска (районный центр) и Кургана установлены билборды с его портретом. Есть ли эффект? Мой опрос на улицах Шадринска показал, что многие горожане знают об отце Антонине, хотя не запомнили детали его биографии. «Поверьте, два года назад ни в Батурине, ни в Шадринске, ни в Кургане никто не мог ответить на вопрос, кто такой архимандрит Антонин (Капустин), — говорит митрополит Курганский и Белозерский Иосиф, — хотя материала о нем много и этот материал интересный. Например, есть две книги — митрополита Никодима (Ротова) и архимандрита Киприана (Керна)1, посвященные отцу Антонину. Издаются его дневники. Например, Далматовский монастырь подготовил к изданию дневники, охватывающие период от детства до перевода в Киевскую академию. Телеканал “Союз” снял о нем два фильма. А если вы приедете на Святую землю и экскурсовод поведет вас по святым местам, будет постоянно звучать имя архимандрита Антонина. Кого еще из начальников Русской духовной миссии там вспоминают? Кто из них оставил о себе память? И не зря ему усвоили имя — создатель Русской Палестины. Взять, например, Иерихон. Это один из самых древних на земле городов. Во времена архимандрита Антонина там было несколько мазанок. А он приобрел там участок, построил первое каменное здание. Его примеру последовали другие, и с этого началось возрождение Иерихона, который сегодня вполне современный город». Эти и многие другие подробности звучат в выступлениях митрополита Иосифа и епископа Шадринского и Далматовского Владимира, духовенства митрополии на многочисленных встречах со школьниками, студентами, педагогами, ветеранами и всеми, кому в Зауралье интересна история и культура России.  Популяризация имени архимандрита Антонина — первая задача, которую поставил перед духовенством митрополит Иосиф. А вторая — возрождение памятных мест, связанных с его именем. Например, администрация Шадринского района планирует открыть в Батурине музей, посвященный памяти создателя Русской Палестины, который вызовет интерес у паломников и туристов. «Если говорить о человеке, не имея наглядных предметов, связанных с его жизнью или свидетельствами эпохи, это и скучно и не запоминается. Нужна экспозиция. К счастью, экспонатов XIX век оставил нам немало. Это и предметы, связанные с паломничеством, и с церковным бытом, и со служением. Сохранилось много фотографий и документов. Всё это можно собрать для музея», — продолжает архиерей.  Главный редактор регионального журнала «Мое Зауралье» Валерий Мурзин видит создание музея в Батурине в связке с развитием Шадринского района в целом. По его мнению, имя архимандрита Антонина (Капустина) стоит первым в ряду его знаменитых земляков — скульптура Ивана Шадра, крестьянина-новатора Терентия Мальцева и собирателя русских народных сказок Александра Зырянова («Царевна-лягушка»). Благодаря этим именам в Шадринский район можно привлечь как паломников, так и туристов, что создаст дополнительные рабочие места в сфере услуг.  «Музей должен быть некой информационной альтернативой Святой земле, чтобы каждый посетитель мог узнать, почему архимандрит Антонин треть жизни провел в Палестине, заботясь о русских паломниках, как выглядели паломники в XIX веке и как выглядят сейчас. Это нужно совместить с рассказом о православии: почему Россия приняла именно восточное христианство, — говорит Валерий. — Интерактивный экран — уже ничем не заменимая составляющая современного музея. На нем можно полистать редкие документы, посмотреть документальные фильмы, провести интерактивные викторины по примеру выставок “Русь Православная”. Всё это привлечет школьников и молодежь». Ведь говорить с молодежью о православии нужно на понятном для неё языке, считает Валерий. Только в этом случае рассказ о православных святынях Палестины, отце Антонине и его подвиге будет понятен каждому, кто приедет в Батурино, а сам отец Антонин станет примером для подражания. Если же еще сделать и виртуальную экскурсию по музею и храму, то о Батурине узнают миллионы людей по всей России и тоже захотят сюда приехать, уверен журналист.  Но нужен ли еще один музей, если в Далматовском Успенском монастыре (70 км от Батурина) тоже есть музей, один из залов которого посвящен отцу Антонину? Митрополит Иосиф считает, что нужен, потому что это оправдано логически: «Где еще быть музею, как не в месте рождения отца Антонина, и где будет собрана вся доступная о нем информация?»  Прославлять  или не прославлять Далматовский монастырь, как цветок на возвышенности, украшает весь уездный городок. Его белоснежная стена и розовый Скорбященский храм видны с любой точки Далматова. За широкими стенами, скрывающими цветущие яблони, в 1816 году открылось духовное училище, в которое в 1825 году поступил Андрей Капустин. Здесь он изучал латинский язык, географию, арифметику и катехизис, а перед смертью передал обители свой наперсный крест. Прервавшись в 1923 году, монастырская жизнь возобновилась спустя 69 лет.  Наместник Далматовской обители игумен Варнава (Аверьянов) встречает нас у святых ворот. В монастырском музее2 помимо залов, посвященных жизни в царской России и Зауральским новомученикам, устроена экспозиция об отце Антонине. В витринах — предметы, характеризующие различные периоды жизни архимандрита Антонина, начиная от детских лет в родном Шадринском уезде, учебы в училище и семинарии и заканчивая Святой землей.  «В музее отсутствуют, по понятным причинам, личные вещи отца Антонина,— говорит отец Варнава. — Но мы постарались представить эпоху, к которой принадлежал отец Антонин». В частности, здесь представлены прижизненные издания его работ, паломнические реликвии со Святой земли и Святой Афонской горы, предметы, характеризующие его увлечения (астрономия, фотография) и т.п. Для экспонирования подбирались почти исключительно оригинальные предметы: фотографии и стереофотографии, литографии, открытки, письма и почтовые карточки, географические карты и планы, печатные издания (книги, журналы, брошюры, альбомы), документы, церковная утварь (кресты напрестольные, требные и нательные, образки, иконы и иные паломнические реликвии) и т.д. Игумен Варнава в настоящее время занимается подготовкой магистерской диссертации на тему «Духовный облик архимандрита Антонина (Капустина)» в Санкт-Петербургской духовной академии и скрупулезно изучает дневники архимандрита. Работа над этой темой дала ему возможность познакомиться с немногочисленными исследователями наследия отца Антонина, которых в прошлом году радушно принимал Далматовский монастырь. Обитель выступила организатором всероссийской научной конференции (12–13 мая 2016 года), посвященной 200-летнему юбилею Далматовского духовного училища и предстоящему юбилею отца Антонина (Капустина)3. Известно, что отец Антонин был очень разносторонней личностью. Но что в нем запоминается особенно, когда знакомишься с его дневниками? Прежде всего это глубокая церковность, считает отец Варнава, причем в широком смысле слова: за всеми его действиями и поступками всегда скрывается глубокий религиозный смысл. «И самое поразительное, церковность его была не показной, не елейной, не навязчивой. Иногда даже, наоборот, с элементом самоиронии и какого-то юродства. Этим он, наверное, спасался от окружающего формализма, зависти, непонимания, даже явной клеветы, — говорит отец Варнава. — В его биографии есть скорбные страницы, когда он терпел незаслуженный позор и поношение от лжебратии — в Афинах (­клеветнические письма, напечатанные в “Колоколе” А. Герцена) и Иерусалиме (роман-памфлет “Пейс-паша”). При этом сам он проявлял милосердие и сострадание даже к своим недругам, ценил искренность и прямодушие».  Потеряв еще в годы учебы в семинарии и академии самых близких своих друзей (имена их он часто упоминает в дневнике с сердечной теплотой — Афанасий, Егорушко, Алешинька), отец Антонин впоследствии брал на воспитание и попечение юных семинаристов (Андрея Фоменко, Петра Нищинского, Димитрия Мангеля), которые большей частью платили ему обидами и черной неблагодарностью. Однако, несмотря на всё это, отец Антонин до конца своих дней не утратил детской жизнерадостности. Именно этой радостью от созерцания чудного творения Божия можно объяснить, казалось бы, «не монашеские» увлечения его астрономией, фотографией, живописью, игрой на гуслях и т.д. В этом же ряду можно поставить и интерес к историческим наукам (палеографии, археологии, нумизматике и др.).  Возможно ли прославление архимандрита Антонина (Капустина)? Отец Варнава, председатель Комиссии по канонизации святых Курганской митрополии, считает, что это время еще не пришло: «Безусловно, архимандрита Антонина можно с полным правом назвать подвижником благочестия. Сам круг общения — его наставники, друзья, сослуживцы, ученики — говорит сам за себя: святители Филарет Киевский и Филарет Московский, Феофан Затворник Вышенский, Иннокентий Херсонский, преподобный Парфений Киевский. И это лишь некоторые. Несмотря на различную клевету, личная жизнь его как монаха и священнослужителя была безукоризненной».  Отца Антонина иногда упрекают в том, что он посещал молитвенные собрания инославных (католиков, протестантов, армян, коптов) и даже иноверцев (иудеев). Но отец Варнава уверен, что отцу Антонину это не могло нанести вреда, потому что православная вера определяла всю его жизнь. Но как тогда быть с тем, что отец Антонин приобретал участки с христианскими святынями (например, с Мамврийским дубом) часто вопреки благословению Синода? Более того, Синод даже издал указ4, запрещающий ему покупать эти участки на Святой земле. Но очевидно, что в исторической перспективе архимандрит Антонин оказался прав. «Следует помнить в этом случае, что церковное послушание не тождественно армейской дисциплине, а ставит во главу угла истину, — поясняет отец Варнава. — И в духовном облике отца Антонина есть многое, чему мы можем поучиться и чему должны подражать, если желаем стать настоящими христианами. Однако для прославления, как мы понимаем, всего этого недостаточно. Нужна воля Божия, знамение того, что отец Антонин угодил Богу. Как правило, таковыми знамениями служат чудеса, совершающиеся через посредство подвижника благочестия. Это с одной стороны. А с другой — требуется почитание церковным народом. Можем ли мы сегодня сказать, что имеется то и другое?» Фото автора Примечания 1 Киприан (Керн), архим. Отец Антонин Капустин — архимандрит и начальник Русской духовной миссии в Иерусалиме (1817–1894). Гл. 8: Иерусалимские годы (1865–1894). URL: http://palomnic.org/rdm/k/10/ (дата обращения: 27.07.2017). Никодим (Ротов), архим. История Русской духовной миссии в Иерусалиме. Гл. 3: Архимандрит Антонин (Капустин) и Русская духовная миссия под его управлением. URL: http://www.rusdm.ru/history.php?item=12 (дата обращения: 27.07.2017). 2 URL: dalmate.ru/muzej.html (дата обращения: 27.07.2017). 3 Cм.: URL: agioi-zaural.ru/images/Issledovanij/2016.pdf (дата обращения: 27.07.2017). 4 Указ № 2596 от 21 декабря 1872 г. (Архив РДМ. Дело № 1700). Может ли возрождение памяти об отце Антонине привести современного человека к вере?  Иосиф, митрополит Курганский и Белозерский Сегодня Святая земля привлекает не только паломников, но и тысячи российских туристов, среди которых много и невоцерковленных людей. Они знакомятся не только со святынями, но и с именем архимандрита Антонина, искренне удивляясь тому, что создали там русские. Мы говорим о нем — создатель Русской Палестины. Но без отца Антонина ее не было и могло вообще не быть. Эта идея пришла только ему, и он ее воплотил. И у людей невольно возникает вопрос: кто он, что это за человек? Действительно, можно ли представить себе сегодня Елеон без «Русской Свечи», храма Марии Магдалины или селение Айн-Карем без Русского Горненского монастыря? Убери из Палестины эти русские места, и у наших соотечественников будет совсем другое восприятие Святой земли, она станет чужой. А так это — Русская Палестина, в ее храмах звучит молитва на родном языке, там наши соотечественники совершают свое служение и молятся о русском народе, о нашей стране, о нашем Отечестве. И близкие сердцу христианские святыни воспринимаются по-другому. И не секрет, что, посещая Святую землю, очень многие более близко воспринимают христианство — как что-то родное, важное для их души. Отцу Антонину удалось создать такой миссионерский инструмент, который работал, работает и будет работать, открывая красоту православия и привлекая к вере очень многих. А непосредственно Батурино может стать мостиком, который соединит людей со Святой землей. Протоиерей Владимир Тарасов, настоятель храма Архимандрит Антонин мне очень симпатичен как человек. Таких людей нельзя предавать забвению. Нам нужно постараться, чтобы о нем узнало как можно больше его земляков. И если люди приедут сюда, задача сделать так, чтобы наш рассказ пробудил в них желание больше о нем узнать.  Важно научиться интересно рассказывать об отце Антонине, тогда люди начнут вникать в историю его жизни, постепенно заинтересуются бытом той эпохи, верой отца Антонина. Значение может иметь даже то, что здесь 100 лет на одном и том же приходе служили его прадед, дед и отец, ведь в 1865 г. отмечали 100-летие рода Капустиных и основание прихода. И тогда, быть может, в них постепенно пробудится интерес к истории и к православной вере, и возникнет потребность по-другому увидеть и устроить свою жизнь, чтобы в ней стало больше радости и больше творчества. Игумен Варнава (Аверьянов), наместник Далматовского монастыря Отец Антонин почти три десятилетия трудился для того, чтобы русские люди могли не просто посетить Святую землю, но почувствовать себя там как дома. Для этого он обустраивал купленные с большим трудом (из-за непонимания со стороны недальновидного начальства, конкуренции инославных, особенностей законодательства Османской империи и др. причин) участки с любовью и заботой, как будто это был его родной дом. Так появлялись на Святой земле островки Святой Руси. Любовь и благоговение к Святой земле и находящимся там святыням отец Антонин пытался привить и русским паломникам. Казалось бы, разве может случиться так, что у православных паломников отсутствует благоговение и любовь к святыням? Оказывается, может. Как Церковь состоит не из одних святых, но и из грешников, лишь стремящихся к спасению, так и на Святую землю попадали самые разные люди. Нередко они несли в себе худшие привычки русского человека. Архимандрит Антонин не забывал обличать, увещевать, наставлять, чтобы имя русского человека стало на православном Востоке синонимом истового благочестия, а не «притчей во языцех». Поэтому благодаря отцу Антонину паломники из России не чужие на Святой земле, и Святая земля для многих из них не чужое место. Для популяризации его памяти по большому счету нужно возрождение веры, что невозможно без Святой земли, без живых примеров конкретных людей. Отец Антонин как раз один из таких идеалов, показывающий своей жизнью, как человек может совместить разные интересы — и научные, и практические — с настоящей верой. Он — образ православного человека. Но, с другой стороны, пример отца Антонина может быть действенным только для тех, кто сможет и захочет увидеть в нем что-то родное и близкое.  Поэтому необходимо говорить, напоминать, рассказывать, действовать по-евангельски: надо сеять, а как семя взойдет — не нам решать. Надо проводить конференции и выпускать книги, статьи, фильмы. Но не нужно ждать, что статья выйдет и вера вдруг расцветет. Может, одного она коснется, а другого и нет. Надо относиться к этому со смиренномудрием и понимать, что у каждого человека свой путь к Богу и о каждом человеке у Бога Свой замысел. Отец Антонин, безусловно, вполне заслуживает того, чтобы о нем знали. А то получается как по поговорке: умного никто не знает, а дурака— вся деревня. Но ведь должно быть наоборот.
24 августа 2017 г. 10:30
Аналитика
ЖМП № 10 октябрь 2012 /  24 сентября 2012 г.
версия для печати версия для печати

О рясофоре как о начальной степени монашеского чина

В последнее время в ходе обсуждения важного для Русской Православной Церкви документа — "Положения о монастырях и монашествующих" был поставлен вопрос, имеет ли рясофорный инок монашеское достоинство и каковы канонические последствия рясофорного пострига. Сам по себе вопрос о статусе рясофорных иноков имеет большое значение. Он вплотную касается их канонических прав и обязанностей, в частности права на оставление обители и последующее вступление в брак. Поэтому вопрос о том, принадлежит ли рясофорным инокам монашеское достоинство, поднимается снова и снова на протяжении нескольких последних столетий.

Еще в XII в. Феодор Вальсамон полемизировал с иноками, которые считали, что они вправе отложить иноческое одеяние и оставить свой монастырь, поскольку не давали монашеских обетов. Следовательно, таковые считали себя мирянами, не связанными монашескими узами. В начале XIX в. преподобный Никодим Святогорец в "Пидалионе" обличал рясофорных иноков за намерение оставить монастырь и монашеское житие и воспринять на себя образ мирян. В близкое к нам время воззрение на иноков, как на лиц, еще не вступивших в лик монашествующих, получило широкое распространение и в России. Игумения Таисия (Солопова), одна из подвижниц благочестия XIX в., в своих сочинениях писала, что рясофор "в сущности не считался пострижением и назывался "малым постригом"1, поэтому многие рясофорные иноки и инокини покидали монастырь и возвращались к мирской жизни, считая себя не связанными обетами перед Богом2.

Итак, как уже было сказано, совсем недавно этот вопрос был затронут еще раз в ходе обсуждения "Положения о монастырях и монашестве". Во время дискуссии прозвучало мнение о том, что по своему каноническому статусу рясофорный инок — это лишь мирянин, имеющий благословение носить рясу. Подобный взгляд высказывается в частности и в статье архимандрита Иеронима (Николопулоса)3, которая представляет собой исследование одного из греческих канонистов-богословов.

То явление, что такой взгляд на рясофор оказывается весьма устойчив, заставляет еще раз обозреть канонические и святоотеческие источники по этому вопросу, чтобы уточнить и прояснить, насколько это возможно, все его аспекты. Вопрос этот действительно заслуживает сугубого внимания, потому что, если мы приходим к выводу о том, что все постриженные в настоящее время рясофорные иноки являются мирянами и могут свободно покинуть монастырь даже без благословения своего игумена, как на это указывает и архим. Иероним в своем исследовании4, — то последствия этого для Церкви в настоящее время могут оказаться плачевными.

В этой статье мы ни в коей мере не хотим полемизировать с теми, кто считает иноков всего лишь мирянами, а иночество — только подготовкой к приему монашества. Не хотим мы и настаивать на каких-то мерах прещения по отношению к инокам, покинувшим свой монастырь и вернувшихся к мирскому житию. Бог ждет от каждого из нас свободного служения Ему, и в первую очередь Ему дорого именно наше свободное произволение. Нашей целью было воодушевить иноков, носящих рясофор, к ревностному прохождению своего подвига и дать им святоотеческое понятие о всей важности их чина, о том, как дорого и желанно пред Богом их вступление в первоначальную степень монашеского звания.

Рассмотрим сейчас подробнее вопрос о статусе рясофорных иноков: отличаются ли носящие рясофор от мирян и почему? В настоящее время можно услышать мнение, что каноны не предусматривают отдельной степени рясофорного инока и потому таковые являются мирянами и не несут канонической ответственности в случае, если пожелают оставить монастырь.

С тем, что каноны на самом деле не предусматривают отдельной степени рясофорного инока, действительно, трудно не согласиться. Как не предусматривают они в то же время отдельных степеней малой и великой схимы, просто потому, что разделения на эти три степени еще не существовало в церковной практике того времени. Формирование особого чина иноческого пострижения (как, вероятно, и выделение рясофорных иноков в особую степень монашества) начало складываться, по замечанию Н. Пальмова5, в XII в. И потому совершенно естественно, что каноны,  установленные Вселенскими и Поместными соборами и святыми отцами во временной промежуток III–IX вв, не могут прямо и непосредственно выносить определения, посвященные статусу рясофорных иноков.

Показательно, что зачастую каноны не называют лиц, посвятивших себя Богу, даже и монахами, а используют для этого какие-либо описательные выражения, которые тем не менее ясно обозначают предмет речи. Ярким примером этого может послужить правило 60 святителя Василия Великого: "Обещавшаяся пребыти в девстве, и от обещания своего отпадшая, да исполнит время наказания, положенное за грех прелюбодения с распределением, смотря по ея жизни. Тожде и для восприявших обет жития монашескаго, но падших"6. Таким образом, если каноны не упоминают прямо о степени рясофорных иноков, это еще ни в коей мере не свидетельствует о том, что носящий рясофор принадлежит в Церкви к чину мирян.

Если мы будем взирать только на внешнюю, формальную сторону дела, мы можем прийти к совершенно абсурдному выводу. Как общеизвестно, высшей и совершеннейшей степенью монашеского пострига является великая схима. Если каноны говорят только о чине совершенных монахов и распространяются только на них, то, значит, наряду с рясофором можно вменить ни во что и пострижение в малый образ, как еще несовершенный, приготовительный, называемый всего лишь "обручением великого ангельского образа"7 и не дающий всей полноты монашеского достоинства. Таким образом, можно объявить, что и мантийный монах волен оставить монастырь и вернуться к мирской жизни. Но, конечно же, вряд ли найдется такой человек, который осмелится утверждать что-либо подобное.

Кроме того, замечательный аргумент приводит в своей статье "Περί τῆς ἀξίας ἥν κέκτηται ἐν τῇ Ἐκκλησίᾳ ἡ εἰς ἀρχάριον ρασοφοροῦντα Ἱερά Ἀκολουθία" ("О достоинстве, которое приобрело в Церкви священное последование пострижения в рясофор") архимандрит Тихон, настоятель Афонского монастыря Ставроникита8. Рассуждая о том, почему каноны не делают никаких упоминаний о статусе рясофорных иноков, он говорит, что священные правила всегда наблюдают за сутью монашеского исповедания и за его духовными последствиями, а не за уставной его стороной. Они рассматривают как допустимую и приносящую те же духовные и, следовательно, юридические результаты, любую форму пострига из многих имевших распространение за многовековую историю монашеской жизни в Церкви. "Иначе говоря, они рассматривают монашеский образ как единый, под каким бы уставным видом он не совершался… — утверждает далее архимандрит Тихон. — То, что уставная сторона пострига не является объектом исследования священных правил, не составляет исключения и парадокса, поскольку то же самое происходит и с тем, что касается уставно-совершительной стороны и формирования последований всех священных таинств Церкви".

Что же делать в том случае, когда каноны ясно не говорят о каком-либо явлении?

В церковном праве, как говорит прп. Никодим Святогорец, отчасти может действовать принцип аналогии: "О том, о чем правила ясно не пишут, следует судить и выносить заключение на основе подобных случаев, описанных в правилах, или на основе писаний отдельных отцов, или даже по рассуждению здравого ума… Там, где нет правила или писаного закона, сохраняется добрый обычай, который проверен правым разумом и испытан многими годами и который, не противореча писаному правилу или закону, замещает правило или закон"9. Поэтому мы можем с полным правом отметить, что многие из святых Православной Церкви имели благой обычай взирать на рясофор именно как на начальную степень монашеского чина и относились к нему с уважением. Приведем несколько мнений греческих и русских святых отцов:

Прп. Никодим Святогорец: "Рясофорные уже не могут сбросить рясу и вступить в брак — да не будет! Как они дерзнут на это, в то время как и власы на голове их пострижены, а это означает, что они отверглись всякого мирского мудрования и посвятили свою жизнь Богу? Как они дерзнут на это, когда с благословения носили монашескую рясу и камилавку, поменяли имя и над ними были прочитаны иереем две молитвы, в которых иерей благодарит Бога за то, что Он “избавил их от суетнаго мирскаго жития и призвал на честное обещание монашеское”, и просит Его принять их “во иго Его спасительное”? И если тот, кто только дал обещание стать монахом, пусть и не приняв рясофора, не должен нарушать обещание, но должен исполнять его, по изречению обеты мои Господу исполню10, — то сколь более тот, кто носил рясу?"11

Посмертные вещания прп. Нила Мироточивого: "Принятие рясофора есть вписание  себя в войско и беспрестанное изучение боевого дела. Мантия же есть выступление в поход, подобно тому,  как при наступлении войны войска выступают на войну и шествуют  военным походом. Принятие же великого образа, схимы  есть вступление в решительное сражение, когда войска достигнут места  боя и приведут себя в полную боевую готовность. Возвращение из рясофорного пострига в мир так же  недопустимо, как если бы кто вписался в войско, потом дезертировал и  не присоединился к войскам, пошедшим на войну; он становится  отступником царя. Когда царь увидит сего отступника, сего  преслушника царского веления, вычеркнет его из списка. Подобное сему  постигнет того, кто, вознамерившись быть монахом и вписавшись в  воины Царя Небесного, потом раскается в сем намерении, выпишется,  сделается рабом мира, поработившись и делам мира — смраду  греховному..."12

Еп. Феофан Затворник13: "Бог благословит и монашескую одежду (рясофор) принять. И старайтесь с этого же раза явить в себе настоящую монахиню".

Прп. Макарий Оптинский: "Монашества три степени: рясофор, мантия и схима; первый — новоначальных, второй — средних, а третий — совершенных".

Прп. Амвросий Оптинский: "Поздравляю тебя с пострижением в рясофор — это первая степень монашескаго образа. Сердечно желаю тебе пожить отселе по-монашески, в терпении и смирении, и во страхе Божием, и хранении совести, как требуют заповеди Божии, начиная с искренняго покаяния пред Богом и духовным отцем".

Из дневника преподобноисповедника Никона Оптинского:

"В Великую Субботу перед Светлой заутреней я был около Батюшки [имеется в виду преподобный Варсонофий Оптинский]. Вот Батюшка мне и говорит:

— Вы, быть может, заметили, что я теперь стал к Вам строже. Мне, когда я был пострижен в рясофор, о. Анатолий в свое время сказал так: 'Теперь для вас начинается новая жизнь. И какое дает себе направление и настроение монах в первое время по пострижении в рясофор, то останется у него до гроба".

— Вот как, — я говорю, — а я думал, что настоящая монашеская жизнь начинается с пострижения в мантию.

— Да, время пострижения в рясофор имеет великую важность в жизни монаха".

Если допустить, пострижение в рясофор не является посвящением в начальную степень монашеского жительства. Разве в таком случае эти святые не могли бы сказать своим послушникам: "Вот, над тобой совершится рясофорное пострижение, но ты еще можешь передумать, это не окончательный твой выбор, ты волен в любую минуту вернуться к прежней своей жизни"? Напротив, знаменитые святые и подвижники благочестия говорят о великом значении пострига в рясофор, называют его началом монашеской жизни, подчеркивают то, что этот постриг есть некая граница, отделяющая мирское прошлое человека от его новой ангелоподобной жизни во Христе. Благодаря этому святоотеческому воззрению в Православной Церкви и поныне существует взгляд на рясофор именно как на начальную степень монашеского образа, и силу этой традиции, которая заместила собой писаные законы и каноны, нельзя недооценивать. Она сохранялась даже в труднейшие годы гонений на Русскую Церковь: подвижники тех лет постригали своих духовных чад именно в рясофор, считая его полноценным монашеским постригом. Например, о преподобноисповеднике Игнатии (Лебедеве) сообщают следующее: батюшка предпочитал постригать именно в рясофор, он "постепенно подготавливал человека, тщательно выбирал имя и всегда говорил: “Так как вы без стен монастырских и без одежды монастырской, надо менять вам имя в рясофоре, чтобы у вас был новый предстатель, чтобы вы чувствовали страх перед своим новым святым и радость, что у вас есть новый заступник”. Батюшка хотел, чтобы новая жизнь была более реальна и ощутима в условиях монашества без стен и одежды…"14

Теперь хотелось бы сказать подробнее и о том, какие именно элементы в чинопоследовании иноческого пострига сообщают рясофорному иноку монашеское достоинство.

Прежде всего, это две молитвы, читаемые в чинопоследовании пострижения в рясофор15. По вопросу о времени их происхождения существуют разные мнения. Если Н.Пальмов считает, что в существующем виде это чинопоследование сложилось только к XIV в.16, то современная исследовательница Е.Жукова в своей монографии "Γέννηση καί ἐξέλιξη τῆς ἀκολουθίας τοῦ μοναχικοῦ σχήματος κατά τούς 4–7 αἰώνες βάσει ἀγιολογικών πηγών" ("Зарождение и развитие чинопоследования монашеского образа в 4–7 веках на основе агиографических источников") говорит о том, что это последование очень древнее, и вероятно, является древнейшим видом последования великого ангельского образа17.

Стоит указать, что молитвы на пострижение в рясофор содержат в себе выражения, говорящие именно о восприятии монашеского образа:

"Благодарим Тя, Господи Боже наш, Иже по мнозей милости Твоей избавил еси раба Твоего, имярек, от суетнаго мирскаго жития, и призвал еси его на честное сие обещание…" — по меткому замечанию преподобноисповедника Никона Оптинского, благодаря этим словам, "Святая Церковь Православная и на рясофор смотрит, как на обет Богу"18.

"Сподоби убо его пожити достойно во ангельстем сем житии…" — нет нужды напоминать о том, что ангельским житием в святоотеческой традиции именуется именно житие монашеское.

"Во иго Твое, Владыко, спасительное приими раба Твоего, имярек" — образ ига Христова, по выводам Е.Жуковой, очень часто встречается в житиях святых преподобных отцов, и совершенно не случайно эта молитва обозначает вступление в монашескую жизнь через подъятие ига Христова19.

"И сподоби его сочетатися пастве избранных Твоих" — прямой параллелизм с молитвой из чинопоследования пострига в малую схиму: "введи раба Твоего сего в духовный Твой двор и сопричти его словесному Твоему стаду".

Приняв во внимание всё это в совокупности, трудно согласиться с мнением архимандрита Иеронима (Николопулоса), настаивающего, что "некоторые из выражений этих двух молитв общие и преследуют цель выразить желание благополучного исхода духовной брани, а другие могут быть истолкованы разным способом, а не как обязательно упоминающие о монашеском достоинстве"20. Нет, напротив, эти молитвы говорят именно о сопричислении к лику монашествующих и отныне брат, над которым они были прочитаны, вступает в монашеское жительство, жительство "земных ангелов и небесных человеков".

Наконец, надо сказать, что молитвы на пострижение в рясофор уникальны и читаются только в ходе чинопоследования пострижения в рясофор. Архим. Иероним ошибочно указывает, что подобная же молитва читается над учениками духовной школы Ризари, но это его мнение опровергается архим. Тихоном, игуменом монастыря Ставроникита21. Отличаются молитвы на пострижение в рясофор и от молитв на поставление чтеца или псалта, о чем свидетельствует "Великий Евхологий"22.

Еще одним доводом против того, что иноческое пострижение сообщает рясофорному иноку монашеское достоинство, является будто бы отсутствие оглашения перед постригом и отсутствие произнесенных вслух обетов.

Во-первых, необходимо заметить, что каноны и традиции Древней Церкви свидетельствуют о том, что если даже человек не произносил вслух обета стать монахом, но вступал в монастырь с намерением посвятить себя Богу, — он считался монахом со всеми вытекающими отсюда последствиями, как показывает правило 19 святителя Василия Великого: "А обета мужчин мы не знаем, разве только кто-либо причислил себя к чину монашествующих, которые своим молчанием показывают, что принимают безбрачие"23. Иначе говоря, в древности даже то, что обеты не были произнесены вслух, не препятствовало быть причисленным к лику монашествующих. Практику произнесения обетов установил только сам святой Василий Великий в вышеупомянутом правиле. Стоит привести и толкование Вальсамона на этот священный канон: "Не скажи, что те монахи, которые не дали такого обета, должны быть признаны неповинными; ибо хотя бы кто и не был пострижен, но наденет рясу, не может уже снять (монашеского) образа и вступить в брак"24.

Из современных греческих богословов профессор Панайотакос высказывает мнение о том, что рясофорный инок "молчаливо дает свое согласие с содержанием монашеского исповедания, которое, пусть и в сжатой форме, заключает в себе читаемая ради него молитва (Трисвятое, благословение, молитва на облачение в рясу (ῥασοευχή)), и принимает, как и монахи двух других видов пострига, то есть великосхимники и малосхимники, каноничный монашеский постриг"25.

Во-вторых, нужно сказать, что последование пострига в рясофор прямо предписывает игумену совершить оглашение до пострига и тщательно расспросить постригаемого, добровольно ли он принимает пострижение, хорошо ли обдумал свое решение и готов ли нести за него ответственность. В уставных предписаниях, содержащихся непосредственно перед самим чином пострижения, указано, что игумен должен вручить новопостригаемого искусному монастырскому старцу и объяснить новичку важность главнейшей иноческой добродетели — послушания, а помимо того, до самого пострига постригаемый должен засвидетельствовать свою готовность вступить в ангельский чин и решимость пребыть в монастыре: "Хотяй прияти рясу приходит ко игумену и сотворь обычное пред ним поклонение, вопросимь бывает от него, аще со всяким усердием ко иноческому приходит житию, и аще многодневным усмотрением сие предложение неизменное имать: обещавшу же ся ему невозвратно пребыти в монастыри в посте и молитвах, и тщание творити помощию Божиею, еже день и нощь преуспевати в добродетелех и во всех повеленных ему службах, прежде всех повелевает ему чинно прежде изчитати согрешения своя…"26 Конечно, собственно обетов послушания, девства и нестяжания постригаемый в рясофор не произносит, но тем не менее требование дать обещание пребыть в монастыре уже говорит о том, что чин пострижения в рясофор далек от простого благословения носить рясу, которое может быть дано мирянину в особых случаях. И кроме того, что собственно может означать обещание постригаемого "день и нощь преуспевати в добродетелех", как не то, что он с ревностью будет подвизаться в исполнении всех монашеских правил и установлений?

Примечательно, что Вальсамон, не упоминая об этом обещании перед постригом (оно сохранилось, вероятно, лишь в русских печатных требниках, по мнению Е.Жуковой27), тем не менее, настаивает на необходимости для рясофорных не покидать своего монастыря. В толковании на 5 правило Двукратного собора он делает это со ссылкой на мнение других: "Большинство людей более благоговейных думают, что кто вошел в монастырь и, как бы то ни было, надел черное одеяние и живет подобно монахам, тот не имеет права сделаться опять мирянином; ибо, говорят, ему можно было в течение трехлетия вынести испытание в мирской одежде"28. В послании же Περί ρασοφόρων  он излагает и свою собственную точку зрения: "То, чтобы … принявшим рясофор была дана свобода до истечения этого [трехлетнего] срока, если им не понравится суровость уединенной жизни, отложить монашеские одежды, а облечься в мирские, мне не кажется ни каноничным, ни достойным нашего жительства и обещания"29. Особый интерес в этом отрывке представляет то, что известный византийский канонист открыто говорит: ему не представляется каноничным, то есть соответствующим правилам, то, чтобы принявшие рясофор могли покидать монастырь.

Важным элементом пострига является крестообразное пострижение волос и перемена имени. Архим. Иероним указывает на то, что эти элементы входят и в другие чинопоследования Православной Церкви (чин Таинства Крещения, хиротесия в чтеца или псалта; перемена имени в Элладской Церкви, как пишет архим. Иероним (Николопулос), может также входить в таинство хиротонии) и, следовательно, сами по себе не могут сообщать монашеского достоинства. Нужно сказать, что православное сознание и не смотрит на пострижение волос и перемену имени как на что-то, само по себе дарующее монашеское звание. Этим элементам постригам ни в коем случае не придается значение католической тайносовершительной формулы, которая имеет большое значение для католического богословия. Нет, пострижение волос и перемена имени рассматриваются только в совокупности со всем чинопоследованием пострига в рясофор. И именно тогда, когда человек воспринимает постриг в рясофор, пострижение волос обретает свое, свойственное только этому таинственному чинопоследованию значение: "Чрез отнятие же и пострижение волос [постригаемый] приносит Господу, как жертву, начатки от тела: ибо всего себя приносит и посвящает Христу, и отверг всё излишнее и мирское"30. Достойный внимания взгляд высказан в упомянутой статье архим. Тихона: "Иное посвящение (смысл, содержание и результат посвящения) для таинства крещения, иное — для чтеца, и совершенно особенное и специфическое — для монаха. Не пострижение волос само по себе доставляет монашество принимающему постриг, но соединение [этого пострижения] со всем священным последованием рясофорного пострига, то есть с Трисвятым и двумя содержательными молитвами в важном церковном обряде, перед всем братством. Соединение этих элементов и дает приходящему к постригу упомянутое священное достоинство"31.

Нужно сказать также и о том, что большое значение имеет и намерение постригающего и постригаемого. Священнослужитель, совершающий чин пострижения, намеревается дать Церкви именно такого Ее члена, который будет служить в лике монашествующих, — постом, молитвой, совершением монашеских добродетелей. Архиерей при совершении хиротесии в чтеца или псалта вводит в клир нового его члена, который будет призван совершать служение Церкви словом и своим, именно ему определенным служением. Поэтому смешивать значение этих двух чинопоследований никоим образом не должно.

Таким образом, несмотря на отсутствие священных правил Церкви, которые прямо говорили бы о рясофоре как о монашеской степени, очевидно, что монашеское достоинство усваивается рясофорным инокам, во-первых, святоотеческой традицией; во-вторых, самим значением рясофорного пострига, которое нельзя умалять или недооценивать.

Итак, принимая рясофор, человек оставляет чин мирян и вступает в лик монашествующих. Таким образом, он меняет свой статус в системе церковного права. Одновременно он берет на себя определенную ответственность сохранить свои обетования пред Богом. Теперь следует сказать несколько слов о последствиях этого.

1. Несомненно, как мы уже сказали, принявший рясофорный постриг (сейчас мы не говорим о рясофорных послушниках, облаченных в рясофор без произнесения молитв, пострижения волос и перемены имени)32 не должен оставлять место своего покаяния — монастырь, в котором он принял постриг. Вот как говорит об этом Вальсамон: "И от того, кто облечен в рясофор до истечения трех лет [испытания], не должно быть слышно ничего вроде: "Я раскаиваюсь. Ибо бремя уединенной жизни представляется мне тягчайшим и как бы бесполезным грузом. В общем, я не хочу потоплять корабль своей души грузом монашеского жития, но желаю, чтобы он несся на мирских парусах"33.

В случае, если рясофорный инок решится оставить свой монастырь, он подлежит определенной канонической ответственности. Ее мера определяется духовником инока и правящим архиереем по тщательном рассмотрении всех обстоятельств и в согласии с церковными канонами и приличествующей настоящему немощному времени икономией, так, чтобы человек имел возможность остаться в лоне Церкви и жить церковной жизнью. Кстати, можно заметить, что и в древности епитимии за оставление монашеского пострига существенно варьировались. См., например, правило 18 святителя Василия Великого, где в начале он говорит: "О падших девах, обещавшихся Господу в чистоте жити, но потом впадших в плотския страсти и обеты свои нарушивших, отцы наши, просто и кротко снисходя к немощам поползнувшихся, законоположили: приимати их по прошествии года, учредя сие по примеру двоебрачных"34. Ниже в этом же правиле, исходя из того, что Церковь укрепляется и чин дев увеличивается, святитель Василий предписывает наказывать за подобные канонические преступления епитимией, положенной за прелюбодеяния, то есть, по толкованию Аристина, отлучением от причастия на 15 лет35. Разницу в сроке епитимии мы находим и в указаниях прп. Феодора Студита: монаха-великосхимника, впавшего в блуд, он отлучал от причастия на 5 лет, а монаха-малосхимника на 2 года, снисходя монахам, находившимся на более низкой ступени монашества36.

 Конечно же, подобные епитимии не под силу современному немощному человеку, и, говоря о них, мы ни в коей мере не хотим проявить к отступившим от иноческого жития какую-то жесткость или строгость. Монашество — это тесный путь, и во все времена найдутся те, кто не смогут на нем устоять, потому что душа человека переменчива. И потому мы хотим лишь показать ту глубину ответственности, которой требует от своих монашествующих чад Святая Церковь.

2. Касательно того мнения, будто бы рясофор накладывает лишь нравственную ответственность, но не каноническую, можно заметить следующее. Во-первых, как уже было сказано, постриг в рясофор изменяет канонический статус человека, переводя его из разряда мирян в чин монашествующих. Во-вторых, различие между нравственной и канонической ответственностью возможно провести только гипотетически и приблизительно. Ведь даже сами каноны — это не только и не столько юридические нормы, сколько нравственные ориентиры, указующие путь к духовному совершенству. По замечанию прот. В. Асмуса, "поскольку Церковь — нравственный союз, св. каноны и другие церковные законы, кроме законно-юридического, имеют и нравственно педагогический аспект, который иногда совершенно заслоняет первый (напр., VI Всел. 75)37. Поэтому имеет большую важность и то, что не имеет чисто юридического значения"38.

В этой небольшой статье были рассмотрены некоторые свидетельства святых отцов Церкви и канонистов о рясофорном постриге. Мы увидели, сколь великое значение они придают рясофору, и думается, что всякий, непредвзято мыслящий человек, будет рассматривать постриг в рясофор так, как он того заслуживает, — как первую ступень монашеской лествицы, возводящей к высшему евангельскому совершенству. Именно это сознание будет укреплять вступающих в монашескую жизнь в их благочестивом выборе и жизни согласно их честному обещанию.

Примечания:

1 Сочинения игумении Таисии (Солоповой). М., 2006. С. 73.

2 В связи с этим в 1873 г. Святейший Синод своим указом запретил постриг в рясофор. На практике послушников, без пострижения волос и перемены имени, стали просто облачать в иноческое одеяние при зачислении их в братство обители по указу Духовной консистории (П. Зырянов. Русские монастыри и монашество в XIX и начале XX века. М., 2002. С. 30). Такие насельники назывались рясофорными послушниками. Несомненно, эта практика свидетельствовала о серьезном упадке вообще монашеской жизни в России того времени и непонимании смысла и цели монашества как всецелого отречения от мира ради жизни по Богу.

3 См. электронный ресурс http://www.myriobiblos.gr/texts/greek/nicolopoulos_rasoforoi.html.

4 См. примеч. 71 к его статье.

5 Пальмов Н. Пострижение в монашество. Чины пострижения в монашество в Греческой Церкви. Историко-археологическое исследование. Киев, 1914. С. 309.

6 Правила святых апостолов и святых отец с толкованиями. М., 2000. С. 330–331.

7 Монашеский требник. Последование малого образа, еже есть мантия.

8 Ἀρχιμ. Τύχωνος, Καθηγουμένου . Μ. Σταυρονικήτα Ἁγίου Ὄρους. Περί τῆς ἀξίας ἥν κέκτηται ἐν τῇ Ἐκκλησίᾳ ἡ εἰς ἀρχάριον ρασοφοροῦντα Ἱερά Ἀκολουθία // Γρηγόριος ὁ Παλαμᾶς. Διμηνιαίον θεολογικόν καί εκκλησιαστικόν περιοδικόν. Θεσσαλονίκη. 1992. Τεῦχος 831. Νοέμβιος — Δεκέμβριος 2009. Σ. 701–724.

9 Πηδάλιον. Ἐκδ. 12. Ἀθῆναι, 1998. Σ. 19.

10 См. Пс. 115, 9. Греч. εὔχομαι может означать не только "молиться", но и "давать обет". Однокоренное с ним εὐχή также имеет значения и "молитва", и "обет". В данном контексте имеется в виду именно второе значение.

11 Πηδάλιον. Ἐκδ. 12. Ἀθῆναι, 1998. Σ. 259.

12 Посмертные вещания прп. Нила Мироточивого. СПб., 200. Репринт. с изд. 1912 г.  С. 134.

13 Дальнейшие цитаты приводятся по текстам, размещенным в электронной библиотеке сайта Pages.ru.

14 Жития новомучеников и исповедников Российских XX века Московской епархии. Тверь: "Булат", 2003. Июнь – август. С. 277.

15 Монашеский требник. Чин, бываемый на одеяние рясы и камилавхи.

16 Пальмов Н. Пострижение в монашество. Чины пострижения в монашество в Греческой Церкви. Историко-археологическое исследование. Киев, 1914. С. 308.

17 Εὐγένια Β. Ζούκοβα. Γέννηση καί ἐξέλιξη τῆς ἀκολουθίας τοῦ μοναχικοῦ σχήματος κατά τούς 4–7 αἰώνες βάσει ἀγιολογικών πηγών. Ἀθήνα, 2010. Σ. 314: "Это последование очень напоминает нам древний образ приема в монашество, который мы обнаружили в житиях святых… Мы дерзнули бы сказать, что это совершаемое до сегодняшнего дня последование — древний вид последования великого (по своему значению) ангельского образа".

18 Воспоминания монахини Амвросии (Оберучевой) об иеромонахе Никоне.

19 Εὐγένια Β. Ζούκοβα. Γέννηση καί ἐξέλιξη τῆς ἀκολουθίας τοῦ μοναχικοῦ σχήματος κατά τούς 4–7 αἰώνες βάσει ἀγιολογικών πηγών. Ἀθήνα, 2010. Σ. 313.

20 Статья достоуважаемого архим. Иеронима (Николопулоса) цитируется по тексту, указанному в ссылке на сайте bogoslov.ru, в русском переводе автора настоящей статьи.

21 Ἀρχιμ. Τύχωνος, Καθηγουμένου . Μ. Σταυρονικήτα Ἁγίου Ὄρους. Περί τῆς ἀξίας ἥν κέκτηται ἐν τῇ Ἐκκλησίᾳ ἡ εἰς ἀρχάριον ρασοφοροῦντα Ἱερά Ἀκολουθία… Σ. 704–706.

22 Εὐχολόγιον τό μέγα. Αστῆρ, 1992. Σ. 186.

23 Правила святых апостолов и святых отец с толкованиями. М., 2000. С. 231–232. Текст дан в русском переводе для ясности понимания. В славянском переводе: "Обетов мужей не знаем иных, как разве которые причислили себя к чину монашествующих, которые молчанием показуют, яко приемлют безбрачие"

24 Правила святых апостолов и святых отец с толкованиями. М., 2000. С. 233.

25 Π. Ι. Παναγιωτάκος. Σύστημα τοῦ Ἐκκλησιαστικοῦ Δικαίου. Ἀθῆναι, 1957. Τ. 4. Τό Δίκαιον τῶν μοναχῶν. Σ. 100.

26 Монашеский требник. Чин, бываемый на одеяние рясы и камилавхи.

27 Εὐγένια Β. Ζούκοβα. Γέννηση καί ἐξέλιξη… Σ. 314. Σημείωμα.

28 Ράλλης Γ., Ποτλῆς Μ. Σύνταγμα θείων καί ἱερῶν κανόνων. Θεσσαλονίκη, 2002. Τ. 2. Σ. 666.

29 Ράλλης Γ., Ποτλῆς Μ. Σύνταγμα θείων καί ἱερῶν κανόνων. Θεσσαλονίκη, 2002. Τ. 4. Σ. 503.

30 Сочинения блаженного Симеона, архиепископа Фессалоникийского. "Галактика", 1994. Репринт. С изд. 1856 г. С. 340.

31 Ἀρχιμ. Τύχωνος, Καθηγουμένου . Μ. Σταυρονικήτα Ἁγίου Ὄρους. Περί τῆς ἀξίας ἥν κέκτηται ἐν τῇ Ἐκκλησίᾳ ἡ εἰς ἀρχάριον ρασοφοροῦντα Ἱερά Ἀκολουθία… Σ. 714.

32 Вероятно, в настоящее время настоит насущная необходимость на основании не канонической, но существующей литургической практики более определенно и четко разграничить эти две группы лиц: принявших рясофорный постриг в подлинном значении этого слова, со всеми его элементами, разобранными в настоящей статье и являющихся рясофорными иноками, и рясофорных послушников, получивших только благословение носить монашеские одежды и по своему каноническому статусу являющихся действительно мирянами. В одной обители вполне могут сосуществовать обе эти категории. Можно преподать благословение носить рясу и послушнику с целью более утвердить его в избранном житии, укрепить его ревность к прохождению монашеских подвигов, так как, по верному замечанию святых отцов, во многих случаях человек сообразовывает свое внутреннее состояние с внешними обстоятельствами своей жизни. Впоследствии такой рясофорный послушник может воспринять и постриг в рясофор.

33 Ράλλης Γ., Ποτλῆς Μ. Σύνταγμα θείων καί ἱερῶν κανόνων. Θεσσαλονίκη, 2002. Τ. 4. Σ. 506.

34 Правила святых апостолов и святых отец с толкованиями. М., 2000. С. 224.

35 Правила святых апостолов и святых отец с толкованиями. М., 2000. С. 229.

36 Прп. Феодор Студит. Монастырский устав. Великое оглашение. М., 2001. Ч. I. С. 35.

37 Текст канона в русском переводе: "Мы желаем, чтобы приходящие в церкви петь не испускали бесчинных воплей, не принуждали свое естество к крику и не добавляли ничего неприличного и несвойственного Церкви, но с великим вниманием и умилением возносили псалмопения Богу, взирающему на сокровенное. Ибо священное слово учило сынов Израилевых быть благоговейными (Лев. 15, 31)".

24 сентября 2012 г.
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи