iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Статьи на тему
Церковь
Губернатор Ивановской области Михаил Мень
ЦВ № 15-16 (436-437) август 2010 /  28 августа 2010 г.
версия для печати версия для печати

У первопроходцев всегда сложный путь

9 сентября исполняется 20 лет со дня убийства протоиерея Александра Меня.    Два десятилетия назад гибель известного священника, проповедника и просветителя стала жестоким и грозным потрясением для всего общества. Однако, несмотря на длительное расследование, имена исполнителей и заказчиков этого злодеяния до сих пор не названы. Вспоминая сегодня выдающегося православного пастыря, мы отдаем должное его миссионерскому служению, которое продолжается и в наши дни. О  жизненном пути своего отца и его пастырском служении размышляет губернатор Ивановской области Михаил Мень.

— Михаил Александрович, можно ли представить отца Александра Меня живущим в нашем сегодняшнем мире, в котором многое изменилось за двадцать лет, прошедших со дня его гибели?

— Пару лет назад в блогосфере возникла дискуссия о том, что было бы, если бы отец Александр Мень не погиб. Как бы он себя позиционировал в современных условиях? Как бы работал? Обсуждение было интересное, но общий контекст был пессимистический, звучали мнения, что сегодня отец Александр не был бы так востребован, как в 70–80-е годы… Думаю, и с большой долей уверенности могу утверждать, что и сегодня он был бы востребован. Отец умел находить особые подходы к меняющемуся миру и никогда не боялся пробовать новое. Не будем забывать, что именно он стал первым православным священником, который вышел на телевидение с проповедью. Позже работники телевидения рассказывали мне, что передача с его участием получила очень высокий рейтинг. Конечно, он был человеком с мощной харизмой, обладал даром убеждения, и его телепроповедь стала ярким событием нашей общественной жизни того времени. Но его выступление было воспринято неоднозначно. Наряду с признанием звучала и жесткая критика. Его упрекали за то, что он для проповеди Евангелия воспользовался таким «ультрасовременным» инструментом, как телевидение: «Священник должен проповедовать с амвона, а тут он залез в адский ящик…» — говорили в его адрес.

Спустя двадцать лет стало очевидно, что отец был абсолютно прав: Церковь должна использовать современные технологии. Сегодня мы видим блестящие выступления Святейшего Патриарха Кирилла по телевидению. Во всех епархиях этот медийный инструмент используется Церковью в ее повседневной работе. И, насколько я понимаю, Святейший Патриарх ставит задачу шире внедрять современные технологии, особенно с учетом того, что они имеют большое влияние на нашу молодежь. Отец и в этом был первопроходцем, а у первопроходцев всегда сложный путь.

Я уверен, что если бы отец Александр не погиб двадцать лет назад, он одним из первых среди священников освоил бы все технические новинки, работал бы в интернете, у него был бы прекрасный сайт, блог, да все что угодно. Он бы использовал все возможные технологии. Он все время учился и не боялся познавать новое. Понятно, что если он в то время сделал шаг на телевидение, то сегодня он был бы безусловным лидером по освоению современного медийного пространства.

— На ваш взгляд, изменилась бы сегодня суть его служения?

— Нельзя не заметить, что установки, которые даются сегодня священноначалием на развитие пастырской деятельности и социального служения, во многом совпадают с теми идеями, которые проповедовал отец. Это касается и открытого, прямого разговора с церковной общественностью, с обществом в целом, и работы с молодежью, и расширения масштабов социального служения… Как тут не вспомнить, что отец Александр одним из первых пришел к больным, организовав пастырское попечение в Российской детской клинической больнице.

Очень многие из его идей, в то время казавшихся очень смелыми, сегодня успешно реализованы в масштабах всей Церкви. Поэтому за прошедшие годы стало очевидно, что те люди, которые планировали остановить просветительскую деятельность отца его физической смертью, не добились ожидаемых результатов. Если прежде он обращался с амвона в церкви, беседовал со своими духовными детьми на квартирах, а когда разрешили, стал проповедовать в институтах, библиотеках и учреждениях культуры, то сегодня, спустя годы после его убийства, начатое им дело христианского просвещения продолжается: издаются книги, его выступления можно услышать в любом уголке России. Почитателей отца Александра Меня, людей, которые с помощью его книг пришли в православие, становится все больше. В этом я вижу главный итог.

За время работы на разных должностях мне довелось встречаться с сотнями, а может, и тысячами людей из разных социальных слоев: политиками, священниками, журналистами, бизнесменами… И самое приятное, когда при первом знакомстве мне говорят: «Я пришел к вере после встречи с вашим отцом в Новой Деревне…» А для людей молодых характерна фраза: «Когда я прочел его книги…»

— Возможно, кто-то говорит это в надежде наладить с вами деловой контакт?

— Вряд ли. Я вижу и понимаю, что эти люди прочитали книги. Как правило, те, кто не читал книг отца, не понимают не только о чем эти книги, но и зачем мне об этом говорить…

— Можно ли утверждать, что острое неприятие в определенной части православной среды идей отца Александра Меня, его имени ушло в прошлое?

— Мне кажется, что такой критики стало значительно меньше. Если сейчас в адрес отца Александра и звучат слова с негативным оттенком, то они исходят от людей, которые, как правило, критикуют священноначалие Русской Православной Церкви, а заодно добавляют и имя отца.

Я думаю, что сила этой неприязни вообще сильно преувеличена. Дело в том, что некоторые качества характера отца: его постоянная доброжелательная улыбка, общительность, внимание к собеседнику — породили легенду о его «суперлиберализме» как священника. Нет, он был строгим пастырем, а если надо — то и суровым. Бывали у него даже изгнания из прихода. Он не разрешал женщинам приходить в храм в джинсах и с непокрытой головой (сейчас на это не везде смотрят строго). А вот отец говорил: «Я понимаю, что платочки — это далеко не самое главное. Но есть традиция, и нужно ее уважать». При всем этом мог во время службы объяснить смысл сложного места, но он никогда не призывал ломать действующие каноны.

— Вы не пошли по стопам отца, не стали священником, а сделали успешную светскую карьеру. Как вам все эти годы удавалось совмещать прагматизм, необходимый любому руководителю, и позицию православного верующего? Как вы ощущали себя в окружении людей, которые не получили такого глубокого православного воспитания?

— Политика — это искусство возможного, поэтому такая проблема для меня действительно существовала. Я уже 17 лет в политике, занимаю различные руководящие посты и, думаю, уже научился разбираться с такими ситуациями. Порой приходится выбирать между плохим и… очень плохим решением, но понимаешь, что другого выхода просто нет. Признаюсь, что окончательно стереть все сомнения не удается. Но в управленческой деятельности опираться только на свои личные эмоции и чувства невозможно. Хотя, безусловно, у каждого есть определенные «тормоза», особенно если человек верующий.

Я убежден, что именно православные люди и должны стоять в авангарде нашего общества — и в экономике, и в политике, и в культуре — во всех сферах. Кто же, как не православный человек, способен взять на себя ответственность за решение самых главных проблем народа и страны!

— Все ваше детство прошло в храме, вы воспитаны в православной вере. Но уже много лет вы трудитесь на ответственных постах: депутат, заместитель губернатора, вице-мэр, губернатор… Повлияло ли ваше высокое социальное положение на ваше отношение к вере?

— Я провожу четкое разделение: что я делаю, так сказать, по должности, а что — мое личное. Я практикующий православный христианин. Я регулярно езжу в поселок Семхоз в маленький храм Сергия Радонежского, иногда прислуживаю в алтаре, исповедуюсь и причащаюсь…

Понятно, что мое воспитание помогло установить добрые отношения с нашим правящим архиереем, епископом Иосифом. Но в отличие от большинства своих коллег-губернаторов я хорошо понимаю, что в епархии происходит, какие необходимо решить проблемы. Поэтому мы работаем очень дружно. Недавно в Кинешме было передано епархии еще одно храмовое здание, которое ранее принадлежало музею, а мы смогли найти для его нужд другое помещение. Вместе с владыкой я бываю на всех больших церковных праздниках... Думаю, что православные верующие видят реальную работу губернатора, и мое присутствие в храме естественно, мне не надо лукавить.

28 августа 2010 г.
Ключевые слова: Александр Мень
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи
Нота как мишень
Для немногочисленных посвященных музыкантов узкий длинный зал в первом ярусе лаврской колокольни в Сергиевом Посаде — место поистине легендарное. Это постоянная репетиционная база основанного архимандритом Матфеем (Мормылем) братского хора Троице-Сергиевой лавры. Дождливым осенним вечером в гости к хористам впервые приехал регент Московского подворья — старший преподаватель Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского Владимир Горбик. Не один — с десятком певчих своего клиросного хора. И не просто так, а для пользы дела — провести мастер-класс со студентами Московской духовной академии. Яркая, наполненная экспрессивными образами преподавательская манера Владимира Александровича помогла молодым людям за одну репетицию понять, при помощи какого приема клирошане создают атмосферу вечности, почему им категорически не рекомендуется петь «консерваторским» звуком и какую фразу знаменитого Шаляпина следует помнить в любое время дня и ночи.
9 октября 2019 г. 14:59
Пешком к преподобному Сергию
К Игумену земли Русской в Троицкий монастырь издавна течет людская река. В прежние времена паломники традиционно шли туда пешком. Но уже больше века Сергиев Посад прочно интегрирован в транспортную систему страны, и сейчас пешее паломничество к преподобному Сергию выглядит экзотикой. Группа энтузиастов решила изменить это представление, занявшись обустройством пешеходной тропы из Москвы до Троице-Сергиевой лавры. Фактически авторы этого начинания стоят у истоков новой общест­венной инициативы — создания многокилометрового пешего пути, преодоление которого рассчитано не на одни сутки: ничего подобного в России нет. Корреспондент «Журнала Московской Патриархии» анализирует этот опыт и делится собственными рекомендациями по правильной подготовке к такому паломничеству. PDF-версия
4 октября 2019 г. 16:59