1 марта в Москве, в церкви Живоначальной Троицы в Хохлах, простились с талантливым иконописцем Александром Соколовым, который стоял у истоков возрождения иконописной традиции в современной России. Cороковой день его преставления пришелся на Праздник Благовещения.
Имена иконописцев обычно не очень известны широкой публике. Их творения люди могут увидеть разве что на выставках. В храмах же прихожане не всегда обращают внимание, кто авторы икон, которым они молятся. Но одно творение Александра Соколова сегодня известна широко, и не только в России. Это образ Божьей Матери «Неупиваемая Чаша», находящийся в Высоцком монастыре города Серпухова. Новый образ, написанный взамен утраченной в советское время стариной чудотворной иконы, тоже вскоре обрел славу чудотворного, о чем свидетельствуют многочисленные подвески у иконы. Александр Соколов написал ее, когда ему было всего 33 года. Но к этому времени он был уже иконописец со стажем, писал иконы более 10 лет.
Александр Соколов родился в 1959 году в Москве. С детства любил рисовать, учился в Московской художественной школе при Академии художеств, затем — на отделении реставрации МГХПУ им. Строганова. По окончании работал во Всероссийском художественно-реставрационном центре им. Грабаря.
Крещеный с детства, он воцерковился в 16 лет, а в 21 год по благословению своего духовника о. Анатолия Яковина начал создавать иконы. Первую написал для маленькой деревянной церкви св. мученицы Параскевы села Пятница (Великодворье) Владимирской области, где и служил о. Анатолий.
Затем он работал в Свято-Даниловом монастыре вместе с о. Зионом (Теодором), в Высоцком Серпуховском монастыре, в Иоанно-Богословском монастыре под Рязанью и т.д. За свою, в общем-то не очень долгую, жизнь Александр Соколов написал множество икон и создал немало росписей в храмах Москвы, Подмосковья и десятков городов и монастырей России. Занимался мозаикой и ювелирным делом. Александр Соколов писал для храмов Сибири, Марий-Эл, Башкирии. Нередко приглашали его и в другие страны, он работал в Польше, Японии, Америке, Германии, на Кипре, на Сицилии.
Александр Соколов часто принимал участие в иконописных выставках, начиная с самой первой, организованной еще в 1989 году в Знаменском соборе Зарядья в Москве, вскоре после юбилея Крещения Руси. Его работы выставлялись по всей России и за рубежом. Он был мастером от Бога, из первого ряда современных иконописцев.
Иконы, фрески – все, что бы ни писал Александр Соколов, отличается ярко выраженным авторским стилем, строгой каноничностью и невероятной духовной концентрацией. Особенностью стиля мастера, всегда узнаваемого, является очень точный и свободный рисунок, изысканный теплый колорит, тщательная выстроенность композиций и глубокая богословская осмысленность каждого сюжета. Его образы всегда возвышенны, молитвенны, эмоционально насыщенны. Он не признавал формально написанных, бездушных икон (к сожалению, таких в современной практике не так уж мало), а духовность понимал не как отсутствие эмоций, а как глубокие чувства - любовь, покаяние, сострадание, боль, радость. Именно поэтому его работы так трогают зрителя, побуждая к молитве и размышлению о бытии.
Александр Соколов помог стать настоящими иконописцами многим художникам. Он охотно делился с коллегами всем, что знал и умел, касалось ли это технологии или художественной техники, решения образа или даже просто житейских вопросов. Можно с уверенностью сказать, что он был не только хорошим мастером, но и мудрым человеком, общение с которым, как говорили св. отцы, есть подлинная духовная школа.
У Александра Соколова была прекрасная крепкая семья. Со своей женой, талантливым художником, они познакомились еще в художественной школе, когда им было по 15 лет. С тех пор их любовь только крепла и углублялась. У них четверо детей и трое внуков.
Нередко от его друзей приходилось слышать, что Саша — счастливый человек, щедро одаренный Богом, Который дал ему все: талант, любовь, добрый характер, невероятную трудоспособность. Александр Соколов был не только щедро одарен, но и не менее щедро сеял и сторицей собирал урожай, умел раздавать и делиться всем, чем наградил его Господь. А, главное, он служил своим талантом Богу и Церкви. Даже в последние дни, съедаемый стремительно развивавшейся болезнью, он писал икону.
Его болезнь была хотя и тяжелой, но не продолжительной. Он умер, причастившись, с молитвой на устах. Его отпевали в день Торжества православия, когда Церковь вспоминает защитников иконопочитания. А сороковой день пришелся на праздник Благовещения.
