Российские раставраторы завершили 30-летние работы по сохранению уникальных росписей Дионисия в соборе Рождества Богородицы Ферапонтова монастыря. За все время с момента создания в начале XVI в. фрески ни разу не обновлялись, это - единственная дошедшая до наших дней стенопись знаменитого иконописца. Ситуацию по нашей просьбе комментирует архиепископ Вологодский и Великоустюжский Максимилиан.
В 1502 году выдающийся московский иконописец Дионисий с сыновьями Владимиром и Феодосием расписали собор Рождества Богородицы Ферапонтова монастыря. Этот непревзойденный шедевр древнерусского искусства создан Дионисием для Церкви, в лоне Церкви, на опыте Церкви. Роспись является вершиной творчества Дионисия и удивительной высотой богословия в красках. Его современник преподобный Иосиф Волоцкий писал: «…что невозможно видеть телесными очами, мы духовно созерцаем через иконное изображение».
Не так давно был издан акафист Божией Матери, иллюстрированный фресками Дионисия. Текст акафиста является эталонным в гимнографии, а фрески по своему богословскому осмыслению акафиста и мастерству исполнения не уступают мастерству автора акафиста. Здесь мы видим удивительное сочетание творения двух великих мастеров – мастера слова и мастера образа.
Что позволяло нашим предкам достигать столь высокого мастерства? Что подвигало их на великие труды по созданию таких шедевров? Ответ на эти вопросы мы можем найти в тексте настенной летописи, где Дионисий смиренно обращался к Богу: «О, Владыко! Христе, всех Царю… избави. Господи, мук вечных». Целью своего труда он видел награду в вечности, которую надеялся получить через прощение своих грехов за труды не ради своей корысти или временной славы на земле, а ради славы Божией. В этом проявилась его вера и мудрость.
Вспоминается случай, вернее сон, который видел преподобный Варсонофий Оптинский. Однажды вечером он молился об упокоении Александра Сергеевича Пушкина и заснул с мыслью о нем. Видит сон. В степи стоит дом. Вместе с народом он вошел в этот дом, где в зале наверху стояло множество людей. Все их внимание сосредоточено на поэте, который декламировал что-то из «Евгения Онегина». Затем Пушкин оставляет зал и преподобный последовал за ним. Выйдя из зала, Пушкин обернулся к нему и сказал: «Слава? На что она мне здесь?». Грустно покачал головой и тихо пошел по степи.
Пушкин… Великий талант. Могучий ум. Хотя он стремился к небу, но не мог оставить и землю. Его не оставлял навык повиноваться своим греховным привычкам и жить для своего удовольствия, чем и притягивал к земле. Подобно могучему орлу с перебитыми крыльями он рвался в небеса, но не мог оторваться от земли и влачился по ней. Его не оставляли стремления к земной славе, которая в вечности оказалась не нужной.
Дионисий избрал иной путь – путь, ведущий к небу, и шествовал по нему без колебаний и сомнений. Это путь очищения своего сердца от зависти, гордости, обидчивости, злопамятности, то есть борьба с греховными слабостями и пороками. Он всецело отдался служению Богу и людям талантом, полученным свыше. Он преумножал талант своими упорными трудами, с надеждой получить душевную пользу от них. Господь, взирая на его усердные подвиги, благословлял его труды и помогал очищению души и умножению таланта. Известный композитор Глинка говорит: «Чтобы создать красоту, надо самому быть чистым душой».
Впервые я увидел чудесные фрески Дионисия более 20 лет назад, когда все стены и столпы собора были окутаны деревянными лесами. По строительным лесам мне удалось без особых затруднений подняться до купола и насладиться совершенством мастерства иконописца. Пробыв в соборе довольно времени, я покинул его, преисполненный возвышенных мыслей и чувств, навеянных фресками Дионисия. Тогда я искренне сожалел, что великое духовное сокровище было доступно единицам. Сейчас, во многом благодаря усилиям мастеров-реставраторов, завершивших свой многолетний труд восстановления росписи, собор Рождества Богородицы является наиболее сохранившим цикл древнерусских фресок. Хотелось бы выразить им огромную благодарность за высококвалифицированный труд.
Кроме реставраторов, мне хотелось бы отметить и тех, кто сохранял фрески в прежнее время. Это послушница Ферапонтова монастыря Любовь Кирилловна Легатова и, конечно, усердный хранитель монастыря в послевоенные годы Валентин Иванович Вьюшин – местный житель, участник и ветеран Великой Отечественной войны.
Благодаря этим и другим труженикам сегодня в любое время года мы можем созерцать прекрасное творение Дионисия-иконника, впечатляющее своей духовной силой и художественным совершенством, во всей первозданной красоте.
