Михаил Бибиков

Казалось бы, Святая Гора Афон и война — понятия несовместимые. Тем не менее в истории хорошо известны случаи, когда завоевания, набеги, военные распри нарушали монастырский покой афонских обителей. Так было в Средневековье: то арабы или позднее каталонские пираты грабили полуостров, то войска IV Крестового похода, изменив свой первоначальный маршрут следования, обрушились в апреле 1204 года на Византию, взяв и разграбив святыни Константинополя и других христианских центров страны. Память о страстях латинского пленения, как потом и османского, хранится у православных народов и в греческой традиции («Плач о погибели Константинополя»), и в древнерусской («Повесть о взятии Царьграда»).

В истории монашества Афона, и прежде всего русского Пантелеимонова монастыря, есть важная, точная и непреложная дата — «февраль 14-го индикта» как хронологически первое документально верифицированное упоминание «обители Рос(а)», игумен которой Герасим собственноручно подписал документ с указанием своего развернутого титула. Грамота из архива Святогорской лавры Святого Афанасия (Акт. Лавр. I.19: P. 155.37–38) сохранилась в подлиннике и издана в 1970 году Полем Лемерлем с коллегами в парижской серии «Архивы Афона» по этому оригиналу с приложением альбома фотографий. Подлинный документ представляет собой гарантийное подтверждение (Ἀσφάλεια) игумена обители Святого Илии Николая, который, судя по тексту, намерен обосноваться в монастыре Предтечи τοῦ Ἀτζιιωάννη, где игуменом являлся Симеон, чтобы исполнять свои обязанности (игумена) по управлению (обителью) — временно, на один год. Акт подписан свидетелями — игуменами афонских монастырей, среди которых и «пресвитер и игумен обители Рос(а)» Герасим.